– - Да-да!
– - подхватила девушка по имени Джаллер.
– - Они так часто всё упрощают. Очень сложно бывает объяснить, что даже самые скромные из нас совсем не бесхарактерные и не забитые. А ещё у некоторых вызывают отвращение наши лекку.

– - Серьёзно, что ли?
– - совершенно искренне изумился я. Сколько общался с разными видами, ни разу о таком не слышал.

– - Представляете, Пради, такое тоже бывает. Кажутся им похожими на червей.

– - Никогда с таким не сталкивалась, -- сказал я.
– - Мужчины, например, постоянно просят разрешения потрогать.

– - То мужчины, -- вздохнула вторая девушка, Рамана.
– - У меня была знакомая девочка зелтрон, которая просила при ней не шевелить лекку, у неё от этого холодный пот по спине стекал.

– - Хм. Возможно, у меня немного другой круг общения?
– - пожал плечами я.

Рийо, слушая мои рассказы о похождениях под прикрытием, завистливо вздыхала. Ей тоже хотелось почаще выбираться в город, но, в отличие от меня, она могла это делать только по вечерам: создать эффект её присутствия на заседаниях было некому. Впрочем, в роли твилеки и она стала чувствовать себя вполне уверенно. Панторанка изображала сотрудницу одного из грузовых терминалов, что объясняло её нерегулярные появления на планете. Дополнительно она придумала, что заочно учится в университете Кореллии, поэтому-де так мало свободного времени. Это дало неожиданный результат: мнимая Кария подружилась с сестрой одной из приятельниц Кои, та изучала экономику здесь, на Корусанте, и теперь девушки активно переписывались по Голонету.

Фрейлины за мою безопасность во время этих рейдов почти не беспокоились. Сабе познакомилась с сёстрами Дару вживую, и в первый же день напросилась на спарринг. С Кои поединок вышел на равных, а гибкая Сумари несколько раз чувствительно приложила Сабе об пол, заслужив бурное одобрение.

– - Нам надо обязательно тренироваться вместе, -- заявила фрейлина.

– - Невозможно, конспирация, -- развела руками Кои.

– - Ничего, найдём вариант.

Они, действительно, его нашли - заброшенную техзону в толще конструкций сорок восьмого горизонта в десяти минутах езды от правительственного квартала. Места там было более чем достаточно, и входов аж шесть штук, только кое-где немного расчистить завалы мусора. Ка-Руш-Барн, увидев это место, пришёл в щенячий восторг и заявил, что переезжает туда жить, ибо семья водопроводчика, у которого он снимал комнату, достала его, как банту блохи.

– - Прекрасно, -- одобрил я.
– - Заодно порядок наведёшь.

– - Ну, леди, ну чо сразу я?
– - взвыл цереанин.
– - Хотя... Ладно, будет исполнено, шеф. Найду на помойке пару сервисных дройдов, восстановлю, и будет вам порядок.

– - А полосу препятствий соорудить сможешь?
– - спросила Сумари.

– - Только под твоим чутким руководством. И дройдов нужно будет не два, а штуки четыре, ещё грузчик и ремонтник, конструкции сваривать. Ремонтника лучше купить, на помойке приличного не найдёшь.

– - Занимайся, -- разрешил я.

В Сенате в это время всё шло как обычно. Благодаря тому, что взрыв на нижних уровнях нанёс не слишком большой ущерб, вопрос о снятии ограничений с банков отложился на некоторое время. Пришедшие с Раксуса известия о заседании парламента Конфедерации, где было принято обращение к Республике о перемирии, переключило внимание республиканских сенаторов на этот вопрос. Увы, как только закончилось следствие, и эксперты представили отчёт об анализе останков диверсионных машин, мнение Сената о сепаратистах резко упало. Напрасно мы били во все колокола, объясняя, что взрыв - скорее всего, дело рук сил, не желающих останавливать боевые действия, таких, как Ганрэй или Гривус. Нас не послушали. После ещё нескольких недель проволочек Сенат принял решение о дерегуляции банковской сферы. В итоге, я лишь ненадолго отсрочил неизбежное событие, и - ещё один приятный момент - меня не называли публично предательницей.

К сожалению, гибель Мины Бонтери предотвратить не удалось. Я предупредил её, когда улетал, но она была слишком очарована мрачноватым обаянием графа Дуку, чтобы всерьёз отнестись к моим словам. Начались нападения и на наших сенаторов, точь-в-точь в духе лихих девяностых. Ну, против этого я меры принять мог, так как помнил даты и места некоторых нападений. Когда болт рилотского ружья начисто снёс голову наёмнику с Манаана, исполнители на время притихли, должно быть, вымогали у заказчиков дополнительную оплату за риск. Ещё один наёмник простился с жизнью при следующем покушении: офицер Министерства разведки, поджидавший бандитов, сбросил его с уличного балкона. Атаки на себя я уже ждал с нетерпением. Руки чесались разделаться с мерзавцами. Устраивать гонки на свупах, как в прошлой версии событий? Дудки! Я сразу отпустил машину, чтобы не подвергать опасности капрала Тентата, он мне будет нужен живой и без сотрясения мозга, а после визита попрощался с сенатором Фарром и остался здесь же, невдалеке, у края балкона. Идите сюда, дорогие, сейчас мы дадим вам тумаков!

Стремительный и юркий наёмник, похожий на сухопутную рыбу, выскочил из-за бочек с питьевой водой и рваными прыжками устремился ко мне. Я спокойно отложил на парапет сумочку и поднял оружие. Не тонкорылый набуанский бластер, а армейский ДЦ-15с с режимом стрельбы очередями. При виде ствола мелкий истошно заверещал, метнулся за припаркованные спидеры. А с другой стороны уже скользило вниз на тросе гораздо более массивное тело. Огромный трандошан использовал трос, как Тарзан лиану, с раскачкой, постепенно вытравливая его, чтобы не улететь вверх по дуге. Попасть в него было затруднительно, но я всё же выстрелил очередью-"половинкой" в четыре импульса. Ответом мне был короткий торжествующий рёв. Бандит отпустил трос, приземлился, спружинив мощными ногами, и потянул из кобур бластеры. Это было последнее, что он успел сделать в жизни. Сумари на этот раз не стала бить в голову, на ящере не было брони, и плевок плазмы разорвал его пополам.

– - Четырнадцать, -- громко произнёс я.
– - Тринадцать. Двенадцать... Тебе не добежать, Робонино! Выбрось свои железки, чтобы я видела, выходи с поднятыми плавниками и ложись на пол. Иначе превратишься в пар вместе с этим драндулетом!

– - Хорошо, -- проблеял патролианин, -- я выхожу.

– - Надо быть полным идиотом, двоякодышащий, чтобы второй раз пытаться сделать то же самое после знакомства с рилотским ружьём.

– - Платят уж больно щедро, -- Робонино улёгся на пермакрит мордой вниз, и я без колебаний разрядил в него шокер, зажатый в левой руке. Раз и второй. Представители древних биологических классов гораздо более стойки к парализующим разрядам, чем потомки зверей и птиц. Теперь можно звонить в полицию. Не успел я вызвать патрульных, как раздался входящий звонок. Это был Бэйл Органа.