Как бы то ни было, картинка поплыла, я могу, сидя в командирском кресле, подавать картинку с прицела орудия, пулемёт спарен с ним был, зенитного пулемёта, или же, как бы находиться над танком, паря метрах в десяти, осматриваться с более точной разведкой. Как в игре. Ух и удобная опция. Именно последней я и пользовался при движении. Заблокировал башню, чтобы та не крутилась в ту сторону, куда я смотрел, да и дуло поднял до максимума, чтобы если нырнуть в какую рытвину не зацепить стволом землю. Причём это в игре можно ехать куда угодно, болото не болото, а тут чуть мягкая почва и прости прощай. Точно увязну. Поэтому поглядывал по сторонам и если что не так, сворачивал, объезжая подозрительные сырые участки. Тушу моего танка хрен вытащишь, так что рисковать я не хотел. Голова у меня всегда варила, так что не стоит удивляться таким измышлениям. Я пока особо не думал, почему всё так получись, отчего и зачем, всё равно ответов нет, а вот по поводу движения, да возможной встречи со своими, или противником, обдумывал очень серьёзно, пустив на это все ресурсы мозга. Те, что свободны от управления танком.

Как встреча произойдёт, да и с кем, время покажет, хотя основные моменты таких встреч я обдумал, но вот по движению танка, тут были некоторые проблемы. Нет, управление давалось мне без особых проблем, конечно, оно было заметно дубовым и танк слушался меня с некоторой заминкой, но если учесть, что прокачки экипажа пока нет, ну кроме командира и мехвода, то не стоит удивляться. Повоюю, опыта наберусь, будет легче. Опыт-с из игры. А проблемы были с тем, что как покинуть поляну я не знал. Не было дороги, да и следы от танка начинались с места его стоянки, как будто тот тут появился из воздуха, из ниоткуда, а не приехал самостоятельно, что скорее всего и произошло. Я объехал поляну по краю опушки, та размеры имела метров триста на двести, и не нашёл дороги. На тактической карте её тоже не было. Вздохнув, я развернул башню, чтобы ствол орудия смотрел назад, не хотел его повредить, и уверенно направил танк в лес, старался объезжать деревья. Но когда шансов не было, заваливал, причём не как в игре от себя, ни разу такого не было, всё на меня валилось. Когда двенадцатое дерево заваливал, вдруг замигала опция зенитного пулемёта.

– Прекрасно, я пулемёта лишился, – разозлился я.

Ещё и с противником не повстречался, а пулемёт уже повреждён. Конечно о том, что я его лишился, это загнул, вряд ли что я потерять так смогу, но ствол дерева, заваливаясь, повредил его, и сейчас планка восстановления красной полосой медленно поднималась. Вскоре пулемёт был починен, перейдя в жёлтую зону, тут без меня, автоматический ремонт, но зенитка теперь была не в полной готовности, процентов на восемьдесят. Рассеивание возросло. Можно использовать полноценный ремонт, однако на него денег нет. С таким пулемётом и такой кучностью самолёты чёрто-с два собьёшь, но надеюсь, в будущем починю. Проехав ещё немного, я вдруг остановил танк и сдал назад. Ну точно, я пересёк старую узкую лесную дорогу, уже зараставшую. Но молодняк давить это не столетние деревья валить на свои же пулемёты, так что покатим дальше по ней. Поэтому развернувшись на месте, и ревя мотором, тут и побыстрее можно, я покатил дальше на скорости в пятнадцать километров в час.

К счастью мне ничего не попалось, что нельзя объехать. Был овраг, но я сходу на скорости его пролетел, и остановил машину с той стороны. По дну оврага речушка текла, пересекая заросшую дорогу, а пить хотелось ну просто неимоверно, так что оставив танк наверху, я закрыл люк и заглушил двигатель, и сбежав вниз, на том месте где я дорогу пресекал галька была и песок, оттого и не увяз, дно твёрдое, ну и присев выше по течению, стал жадно пить. О всяких мелочах вроде палочек и грязи я даже не думал, мысль только о живительной влаге в этом ручье, ширина которого не составляла и двух метров. Напился так, что живот вздулся. В танке было и душно, и жарко, поэтому обезвоженность не удивляла. И это я ещё по лесу ехал, а что будет под открытым солнцем? Так что возвращался я обратно походкой опьянённого, с широкой улыбкой на лице, мысленно прикидывая, где взять ёмкости, чтобы воду с собой возить. В магазине есть, можно купить… когда деньги будут. Вернувшись на своё место, я закрылся в машине и, запустив движок, всё также пребывая экипажем в одном лице, направил танк дальше. Экипаж мне не нужен, я справлялся без него, значит сделать вид, что танк экспериментальный из одного члена экипажа, вполне возможно. Это я на ходу придумал. Вот им и буду представляться. Мол, один остался, остальные во время бомбёжки погибли, и… там по ситуации. А вот и конец дороги. Нет, тут не было перекрёстка с другой уже наезженной дорогой, я выехал на опушку и осмотрелся там. Сначала с помощью общего внешнего вида над машиной, поле с колосьями пшеницы впереди, а потом и через прицел танка. Повернув башню с правой стороны, с левой берёза стволу мешала, я стал пристально изучать дорогу вдали. На горизонте были видны мельтешения машин. Похоже наши. Да не похожи, точно наши.

Тут вдруг в люк надо мной постучали, причём явно прикладом. Да так неожиданно, что я подскочил и стукнулся об этот треклятый люк. Даже шлем слабо спас. Потирая голову, сбив шлемофон на затылок, я его не застёгивал, только и мог что ругаться на гостей, заодно осматривался внешним обзором, кого это там нелёгкая принесла, и как я умудрился их не увидеть?

Осмотр дал мне понять, что у танка стояло пятеро бойцов в форме НКВД, ещё двое на танке, один прикладом винтовки и колотил по люку. Да ему пяти раз хватило, после чего стал кричать чтобы мы, мол, выбирались наружу. На малой тактической карте их отметки тоже появились в виде семи точек. Что странно, горели они не зелёным цветом как техника и люди на дороге, а красным. Однако осматриваясь, я обнаружил на опушке, чуть дальше, хорошо замаскированную машину, да похоже не одну. Две точно, но возможно и больше. Хорошо ветками забросали, только присмотревшись, я их заметил. Кстати, точки машин на тактической карте я тоже обнаружил. Две было, также стали отображаться ещё одиннадцать человек. Вообще наглость и смелость «сотрудников госбезопасности» меня поражала. Увидев такого монстра как мой, от которого откладывали кирпичи союзники во время парада в Берлине в сентябре сорок пятого, те затаиться должны. А эти нет, видать звезду хорошо рассмотрели, та красно-белым пятном привлекала внимание. Убедились, что танк спокойно стоит, только башня приводами прогудела, и вот выбравшись, окружив, и стали колотить в люк. Смелости их можно только позавидовать. А вот то, что один в форме сержанта госбезопасности, то бишь уровня армейского лейтенанта приказывает нам, он думает, что я тут не один, вылезать и готовить документы для проверки, мне не особо понравилось.

Я тут быстро прикинул, и громко поинтересовавшись у сержанта, кто они такие, это чтобы время потянуть, и проанализировал. А чего это они прячутся? Ладно бы маскировка от воздушного наблюдения была, так нет, машины скорее от глаз с земли скрыты были, да и от дороги далеко. Вот я и следы колеи примятой травы на опушке рассмотрел, значит специально сюда приехали. Я, конечно, не рассчитывал, что вот так сразу с пылу-с жару с диверсантами встречусь, ну а вдруг? Всё на это указывало. Тут не жизнь, игра, как программёр её прописал, так и идёт, так что приключения на пятую точку я могу сразу найти, да похоже и нашёл. Если это немцы, то не удивительно, отчего те так заволновались и возбудились, захватить подобный тяжёлый экспериментальный танк и передать его своим дорогого стоит, и их командир, похоже, рискнул вот так действовать. Значит всё-таки диверсанты? Думаю, да. Сержант же сказал, что они патруль, отдыхают тут, обеденное время всё же, но проверить нужно. Поэтому я попросил предъявить документы. Люк открывать не стал, ещё чего, поэтому сбросил защиту с отверстия для гранат. А тут такое было, заглушку сбрасываешь и можно ручную гранату выкинуть, если танк подбили и тот окружён. Гранат у меня не было, хотя сумки для них имелись, но вот протиснуть в отверстие удостоверение вполне возможно.

Сержант сначала поугрожал, но потом всё же дал добро и смог, слегка согнув книжицу, иначе не проходила, протолкнуть её мне. Кстати, командир не он, это точно, может зам, но командир в стороне стоял в форме лейтенанта госбезопасности, капитан, если по армейским званиям судить. Да и по шпале в петлицах у него было. Не велико ли звание для командира обычного патруля? Палитесь ребята, ох палитесь. Ну точно, фальшивка. Я дважды проверил, так и есть, скрепка из нержавейки. Я сразу дёрнул за шнурок, возвращая заглушку на место. Сержант пытался её удержать, но пальцы скользили, так что заткнул отверстие, и разворачивая башню, ха-ха мне смотровые щели закрывали, так вот как они решили меня остановить, открыл огонь. Использовал оба пулемёта, что спаренный, что крупнокалиберный. Последний те пытались испортить, и им это удалось, видимо как-то разрядили, остался спаренный и орудие. А пулемёт медленно ремонтировался в автоматическом режиме.

Причём стрелял я по тем, кто находился у лагеря, три точки погасли, и у меня на счету сразу появилось три тысячи. По тысяче за диверсанта? Однако неплохо кормят за подобное дело. Интересно, разница с обычным солдатом Вермахта имеется? Кстати тех троих я как раз из крупняка на ноль помножил, пока мне его не испортили. А вообще стрелял я по лагерю по той причине, что все кто стоял рядом поступили по умному. Они не стали покидать мёртвую зону, я их не доставал, и двигались за мной, большая часть на броне. Покинув опушку, я выехал в поле и, стараясь не зацепить грузовики, обстреливал лес. Точки противника на карте, а они всё также горели красным, вот ещё подтверждение, что это враг, давали мне понять, где те находились, я по их местоположению открывал шквальный огонь из «ДТМ». Диск так расстрелял, и пока шла автоматическая перезарядка, я прикидывал. Трёх из крупняка завалил, двоих из спаренного, ещё вроде один ранен, точка мигать начала, надо настроить уровень процента жизни, он не отображается, уже неплохо, а вот те семеро продолжают быть рядом. Часть закрывают смотровые щели, один пулемёт испортил, другие готовят связку гранат. Видать ничего другого, чтобы выкурить меня, у них не было. Надеюсь, те не догадаются окурить танк дымом. В этом случае я сам вылезу, жить-то хочется. Или сбегу на скорости. По полю километров двадцать пять машина моя скорость точно разовьёт.