Медленно приближаясь к северным вратам, они заметили висящее над ними серое полотно ткани, на котором был изображён глаз в центре пирамиды.

– Что думаешь?
– Амелия, разглядывая рисунок, обратилась к парню.

– Ха-а, немного похож на один символов масонов. Всевидящее око и треугольник. Но насколько я знаю, эти парни создали свой орден в начале восемнадцатого столетия. Хм-м...

– Кстати, я слышала много историй в Олимпе о том, что многие знания и культы пришли из мира Эхо. Может этот один из них?

– Думаю, мы скоро выясним...

Пирамида Молчания. Гротескное сооружение являющиеся центром этого большого города. Сто сорок метров в высоту и огромная площадь, занимаемая ею, всё это сильно, просто до безобразия напоминало о египетской пирамиде Хеопса. Рик не понаслышке знал об этом чуде света: он вместе с родителями не раз бывал там, пытаясь узнать секреты, таящиеся в её недрах.

«Совпадение?
– парень покачал головой.
– Не думаю...»

Правда, отличительной чертой Пирамиды Молчания была монолитная стена. Её край прилегал вплотную к оной из граней пирамиды, словно так было задумано изначально. Но, как объяснила спутница, таких стен было две. Вторая находилась за пирамидой, отчего её не было видно с того места, где находился Рик. Они служили неприступным барьером, который с первого взгляда доходчиво давал понять, что за этим большим «забором», находится слишком дорогая «лужайка».

Пока оба, влившись в течение толпы, продвигались к пирамиде, Амелия рассказывала, что знала о городе. Попутно кивками указывая по сторонам центральной дороги, на то, что по её мнению, было важным. Сама же дорога вела от ворот прямо к заполняющейся живым потоком существ и людей церемониальной площади (так её назвала девушка), расположенной перед лицевой частью пирамиды.

Подводя итог сказанному ею, парень узнал, что город был условно поделён на четыре сектора. Слева от них, у склада реликвий, находился один из центров развития игроков, и также здесь жили обычные люди со средним достатком. Хотя простые кварталы были и справа, но там дома стояли вперемешку с магазинами, мастерскими, научными центрами, библиотеками и прочем. А вот третий сектор числился за богатыми дядями, дела которых надёжно скрывали неприступные стены упомянутой выше ограды. Зато в четвёртом, как и следовало ожидать, нищенствовали: там жили либо лентяи, растрачивающие своё время по забегаловкам и притонам, либо те, кому просто не повезло стать бедным. Улицы, наполненные криминальными элементами, были к лицу этому бедному району.

По сторонам от центральной дороги пестрели торговые лавки, владельцы которых молча провожали взглядом всех, проходящих мимо. Изредка кто-то из них срывался, пытаясь привлечь внимание к товару, но укоряющие взгляды, бросаемые на него пришедшими лицезреть чудо, тут же остужали пыл крикуна.

После шумного Тар-тауна такая картина была непривычна, но парень решил, что это не его дело, продолжая монотонно двигаться вперёд. Медленно переставляя ноги в толпе, он вдруг понял, что всё, что сейчас происходит, напоминает ему миграцию неуклюжих пингвинов. Это вызвало невольный смех, и он решил поделиться своим наблюдением с Амелией. Вот только та не оценила юмора, сосредоточенно глядя перед собой, и Рик, вздохнув, поплелся дальше в тишине.

Может, она бы и поняла шутку, но девушка пребывала в своих мыслях и не реагировала, задумавшись о свалившихся на её голову совпадениях. Сейчас её страх попасть в рабство пропал, поэтому она могла, наконец, заниматься тем, что ей нравилось, а именно искать сокровища. И дело было не в жадности, просто, будучи дочкой аферистки, она унаследовала от матери любовь к роскоши.

Поэтому сейчас, издалека разглядывая пирамиду, которая неожиданно для всех собралась открыться, она не могла унять дрожь волнения. В голове назойливо бубнила о чём-то вроде: «Как же здорово! Всё-ё-ё будет моим!» - маленькая девочка, которая с широко раскрытыми от предвкушения глазами вспоминала о загадках пирамиды на Земле.

Во-первых, погребальная камера была пуста. Наперекор обычаям тех времён не было обязательных церемониальных украшений и драгоценностей. Во-вторых, саркофаг, который делали для фараона лучшие мастера, почему-то был грубо отёсан и явно не готов, а его крышка вовсе отсутствовала. И совсем уж нонсенс: два узких хода, по которым через щели в корпусе пирамиды в похоронную камеру просачивается воздух извне. Воздух для покойника? Не смешно.

Конечно, со временем появилось достаточно теорий и предположений, но настоящих ответов до сих пор не нашли. Два года назад Амелия бывала здесь по делам и видела вблизи двери, перекрывающие вход в гробницу. Это были две каменные глыбы, искусно украшенные изображением солнца, которое держала в когтях огромная птица. Это была работа высшего качества. Девушка не солгала бы, сказав, что птица выглядела почти живой.

Прошло двадцать минут, прежде чем они смогли попасть на Церемониальную площадь, которая к тому моменту уже была битком набита народом. Когда Рикки сделал очередной шаг, приближаясь к пирамиде, от его тела начала исходить аура свечения. Сначала едва заметная, но, чем ближе он подходил, тем ярче становился свет. Оглядывая своё тело, парень недоумённо уставился на напарницу, но девушка, склонив голову в таком же удивлении, смотрела на спутника.

– Кажется, ты понятия не имеешь, что творится, да?
– разведя руки в стороны и продолжая осматривать себя, констатировал Рик.