– Расскажи мне про функционал этого помещения.

Где-то через час я уже более-менее уверенно справлялся с репликатором, информационным терминалом, диваном и ванной комнатой. Даже сумел перекрасить стены, поместив на них симпатичные земные пейзажи.

Алиса смотрела на все это весьма неодобрительно.

– А что мне должны доставить? Ты знаешь?

– Стандартный адаптационный комплект для наблюдателей включает в себя универсальную вакцину, интегрируемый идентификатор, а также барбоса.

– Кого?

– Барбос – личный робот-помощник низшего уровня.

– Такой же, как ты? – невинно поинтересовался я.

– Ваш неуместный юмор еще больше портит впечатление о вас.

– Да ладно, не обижайся. А что делает интегрируемый идентификатор?

Алиса посмотрела на меня как на идиота.

– Он интегрируется и идентифицирует.

Я пробормотал проклятие. Нет, я не спорю, подсунуть мне такого робота для знакомства с современным миром – это шикарная идея. Но иной раз можно было бы ему и поменьше человечности проявлять.

– А подробнее?

– Личный идентификатор служит для подтверждения статуса владельца и для совершения им финансовых операций. Представляет собой биологически активную структуру, интегрирующуюся в центральную нервную систему человека.

– Биокомпьютер, что ли? – удивленно пробормотал я.

– Четвертое поколение биокомпьютеров. Самое стабильное и надежное.

– А их не взламывают, случайно? Вместе с мозгами? – мне стало как-то не по себе от того, что какой-нибудь хакер сможет забраться мне в голову.

– Взламывают третье и пятое поколение, – любезно поведала Алиса. – Именно поэтому идентификаторы основаны на четвертом.

Ощущение неуютности усилилось.

– А идентификаторов другого типа нет? Без интеграции.

– Использование идентификаторов другого типа требует дополнительных действий. В некоторых случаях это – проба ДНК, в некоторых – сканирование лица или папиллярных линий.

– Да и дьявол с ним. Могу я заказать нормальный идентификатор, а не интегрируемый?

– Можете. Выполнено. Я заказала его вам.

– Спасибо.

Комплект доставили ближе к местному вечеру. Улыбчивый парень лет двадцати вколол мне в руку какую-то гадость, от которой я мгновенно почувствовал дикий жар, заверил, что все очень быстро пройдет, а затем протянул какой-то мягкий серебристый браслет.

– А с этим что делать?

– Поместить на запястье, соединить концы, ждать.

Ну, ладно… Под внимательными взглядами человека и робота я сделал, как было сказано. Браслет намертво срастил концы, аккуратно расплылся по руке и неожиданно ущипнул меня за кожу.

– Эй!

– Он взял образец вашей ДНК. Теперь, если его лишить контакта с вами на срок больше десяти секунд, он деактивируется. То же самое при отсутствии пульса.

– Утешили, – проворчал я, крутя на руке совершенно цельное украшение. – А как его снимать?

– Снимать его нельзя, – терпеливо разъяснил инструктирующий меня парень. – Иначе он деактивируется.

– Понятно. А вообще без идентификаторов – никак?

– Слишком много сложностей, – он отрицательно мотнул головой.

– Ясно…

Гость, удостоверившись, что я смирился с украшением, полез в карман и достал оттуда металлический шар размером с детский кулачок.

– Возьмите барбоса. Нажмите на плоскую площадку наверху любым пальцем, он привяжется к вам.

Я опять послушался, и шар, внезапно ожив, взлетел с моей ладони и завис рядом.

– Сейчас он образует связь с вашим идентификатором…

– Привет, шеф! Я твой новый помощник!

– Вот. Теперь можете просто с ним пообщаться, он очень быстро к вам приспособится. Всё, я пошел. Хорошего вам вечера!

Парень ушел, Алиса отправилась вслед за ним, даже не попрощавшись.

Я остался наедине с назойливо болтающимся поблизости шаром.

Какое-то сумбурное и непонятное оно, это будущее. Роботы, создающийся за секунду кофе, летающие шары, глобальные проблемы безопасности… И все это решили вылить на меня в один день. Не понимаю. Пожалуй, от психолога можно было бы и не отказываться.

– Слышишь, Шар! А сколько сейчас наблюдателей находятся на дежурстве?

– Закрытая информация… Доступ получен. Двести семьдесят два наблюдателя.