Шрифт:
– А почему ты решил, что я самый безопасный? Я же не евнух!
– Объясняю – почему ты. Ты не падок на пионерок, да и Нинель лишит тебя репродуктивных способностей, если вдруг чего.
– Вдруг чего – это чего?
Рогозин горестно вздохнул, возвел очи горЕ, подчеркивая свое расстройство от необходимости объяснять прописные истины.
– Ты профессионал, к тому же морально – устойчивый. Тебя движениями бедер не увлечешь. А молодые могут губу раскатать, бдительность потерять, и не хочу думать, что будет…
– А от кого защищать – то нужно, так, чтобы я расклад сил представлял?
– От итальянской мафии.
– Да иди ты со своими шуточками!
– А я и не шучу. Брат, не до шуток. Я бы не стал подставлять тебя, но тут еще…, – Рогозин замялся, – личная просьба. С отцом барышни был знаком, когда он был еще адвокатом, я ему помог и забыл. А он не забыл. Когда моему отцу понадобились деньги на операцию, помнишь, ты уже дачу на продажу выставил – он узнал и выложил нужную сумму. Безвозмездно. Я бы сам взялся, но отдел не на кого бросить. Да, Глеб, если честно, ты же круче. Про тебя говорят, что ты пулю рукой ловишь. И дела есть на кого оставить. И тряхнешь стариной.
Штольцев усмехнулся, если друг прибегает к такой откровенной лести, значит, действительно, надо.
– И что эта юная леди натворила? Потратила деньги наркокартеля?
Глава 2
Едва за Глебом закрылась дверь, Нина подскочила с кровати, как пружина. Разозленной кошкой она начала метаться по комнате. Суженые зрачки, гневно раздувающиеся ноздри, острые коготки, которые она, не замечая того, вонзала себе в ладони….Для полноты картины не хватало вздыбленного хвоста, нервно бьющегося из стороны в сторону.
«Женат он!!!» – эти слова рефреном звучали в ее голове.
Она хотела этого мужчину, хотела, чтобы этот вольный тигр ел с ее руки. За годы их знакомства градус отношений скакал от максимума холода к максимуму тепла, обжигающей страсти. Она была уверена, что уже детально изучила его и приручила, но каждый раз что-то неумолимо отдаляло от окончательной победы.
Да, и не так она себе представляла реакцию Глеба на свой подарок! Ну, естественно, мы не любим, чтоб за нас решали, мы не любим, чтоб на нас давили! А держать на коротком поводке, без обещаний и перспектив, мы любим!
Конечно, устроив разнос, она поставила их отношения на грань разрыва. С этим тигром нельзя использовать метод кнута и пряника, только пряники, вернее, не только пряники, а и другие виды сладостей.
Чуть погладил против шерсти, и он уже рычит. А тут она конкретно дернула за усы.
Нина нахмурилась. Недавняя сцена все еще стояла перед глазами.
Глеб примирительно поцеловал руку и потянулся за второй, намереваясь лаской сгладить остроту момента. Однако Нина вырвала ее и отодвинулась, гордо вскинув подбородок. Выбранная тактика оказалась не самой лучшей, как выяснилось впоследствии, но тогда она выглядела как единственно правильное решение, возможность раз и навсегда разрешить вопрос о ее роли в его жизни.
– Глеб! Как это прикажешь понимать?! Ты же сказал, что у тебя на работе нет ничего серьезного! Что ты свободен! И сейчас ты хватаешься за первое попавшееся предложение, лишь бы не лететь со мной?!
Глеб напрягся. Видно было слова попадали прямо в точку, и от того ему становилось неуютно, чувство стыда заставило опустить взгляд и попытаться ласками утихомирить эту волну праведного гнева. Но тут Нине, как говорят, шлея под хвост попала, и ее понесло. Пользуясь случаем, выпрыгивали на свет все обиды, все претензии, ранее тщательно скрываемые под непроницаемой улыбкой.
– Ты меня ни во что не ставишь! Ты меня не ценишь! Я для тебя пустое место! Просто удобный вариант! У тебя никогда на меня нет времени! Ты никогда не делаешь того, о чем я прошу! Ты черствый, неблагодарный фараон! Да если я только захочу, за мной толпы богатых поклонников выстроятся!
Штольцев дернулся, будто ему залепили пощечину. Не сказав ни слова, он встал, так же молча оделся, и только по заходившим желвакам можно было понять, насколько он взбешен.
Достав из барсетки связку ключей, он отстегнул один и, аккуратно положив его на стильный комод, процедил:
– Удачи! А я, как ты знаешь, не люблю стоять в очереди.
И, не оборачиваясь, вышел.
Конечно, они ссорились и раньше, но сейчас она задела его за живое. Он не любит стоять в очереди…
Много лет назад, когда нынешний брутальный Штольцев был безусым лейтенантиком, они начали встречаться. Случайно пролитый кофе положил начало трепетному роману. Юная Нинель, как называл ее исключительно Глеб, студентка экономического факультета, была очарована правильным, честным и искренним молодым человеком, идеалистом и борцом за справедливость. Он представлял резкий контраст всем ее знакомым по институту, которые в уме складывали десятизначные цифры и присматривали себе девушек с приданым. Приданое Нины же заключалось в ее остром уме, смазливой мордашке и умении преподнести себя в лучшем виде.