Шрифт:
Эрик сжал кулаки. Он прекрасно представлял, чего мог хотеть от девочки-подростка мужчина, назвавший себя отчимом.
— Каждый раз мне удавалось сбежать, — слова принесли облегчение парню. — Но мама ничего не хотела слушать. Она называла все ложью и даже дала мне пощечину… Я ушла. Поселилась у бабушки. Она была старенькой, жила в своем доме. Я готовила, убирала и помогала ей с огородом. Параллельно заканчивала школу. Потом поступила в институт. На втором курсе не стало и бабушки. Так что, можно считать, что я…
Она иронично улыбнулась, но улыбка слетела с ее лица через секунду. Джули закрылась ладонями.
— Я одна!
Блайд притянул девушку к себе, обнял, привычно поцеловал в макушку.
— Нет! — успокаивая ее, он и сам перестал нервничать, ведь история украинки произвела на него жуткое впечатление. — Не одна. Я с тобой! И никуда пока не собираюсь.
— Не смей так говорить! — почему-то воспротивилась она. — Ты же не знаешь, что будет завтра!
— Знаю, — заявил парень. — Мы проснемся утром. Я скажу, что ты прекрасно выглядишь. И конечно, совру, потому что у тебя будут опухшие от слез глаза! Потом мы пойдем вместе умываться и чистить зубы. Пить чай.
— Дурак! — прижимаясь к парню, заявила Джулия.
— А ты, хочешь сказать, умнее?! — насмехался Эрик.
Весь этот разговор слышала Анна.
Миссис Блайд спустилась, чтобы принести мужу стакан воды, и к своему великому удивлению обнаружила лежащих в обнимку на диване сына и его подругу. Эрик не спал, он глядел на дремавшую на его плече девушку и думал о чем-то. Сын выглядел немного озабоченным проблемами. Мама принесла плед и набросила его на ребят.
— Спасибо! — шепотом поблагодарил сын, укрывая девушку.
В каждом его движении было столько заботы, что миссис Таунсенд не сдержала улыбки.
— Она для тебя особенная, да? — спросила она.
Эрик посмотрел на мать, потом перевел взгляд на Джулию, и ему не нужно было отвечать — одно легкое прикосновение к щеке девушки сказало больше, чем какие-то лживые слова!
Миссис Таунсенд вернулась в свою комнату, спокойная за сына, и уже чувствуя, что скоро приобретет еще одну дочь. Ну, может, и не очень скоро. «Эти мужчины, — немного раздраженно подумалось ей. — Вечно медлят в таких серьезных вопросах! Главное, чтобы он не упустил свой шанс! Эх, мальчик мой!»
Блайд долго не мог уснуть. Он любовался светом огня, играющим в рыжих волосах спящей девушки. В какой-то миг она открыла глаза, посмотрела на него сквозь пелену ночных грез, улыбнулась и придвинулась ближе. Эрик обнял ее, вслушиваясь в мерное дыхание, ставшее для него самой лучшей колыбельной, и уснул.
Попробовать все изменить
Утро не всегда начинается с приятных вещей, вроде теплых объятий, ароматного кофе или пения соловьев. Иногда приходится просыпаться от дикого воя. К примеру, такого:
— А я хочу играть! — срывался на крик детский голос, пробудивший всех жильцов дома и главное ту, над кем сейчас орал во все горло ребенок.
Джулия приоткрыла один глаз, чтобы разобраться в творящемся хаосе. И увидела рвущегося к дивану Альфреда. Он греб по воздуху руками, как пловец, но ногами скользил по полу, и поэтому с места двинуться не мог. Точнее, ему не позволяла Эмма, придерживающая сына за подтяжки штанов.
— Тетя Джули спит! Не мешай ей! — шепотом объясняла ему мама, терпение которой начинало лопаться, а удерживать равновесие с большим животиком, придерживая одновременно малыша, ей было трудно.
— Я хочу играть! — вопил мальчишка, взмахивая руками в воздухе по направлению к дивану, но подтяжки тащили его обратно. — Я хочу играть с тетей Джули!
Весь обзор внезапно скрыло одеяло, наброшенное Эриком. Его нервы не выдержали раньше, и он решил спрятать и себя, и девушку от посторонних взглядов.
— Я не знала, что ты уже не спишь, — прошептала Джули, слегка повернув голову.
— Я спал, — проговорил он, а потом саркастично поинтересовался: — Ты все еще любишь детей?
— Я об этом думаю последние несколько минут! — хихикнула она.
Эрик сильнее прижал к себе девушку, сделал глубокий вдох и откинул край одеяла. Джулия осела на диване, пристально рассматривая «живой будильник» и подумывая, что с ним сотворить: отлупить или закрыть где-нибудь.
— Простите! — обреченно пожала плечами Эмма.
— Ничего! — отмахнулась девушка и снова повернулась к ребенку. — Альфред! Давай сыграем в игру!
Мальчик запрыгал от радости, хлопая в ладоши — он ждал этого целых два часа.
— Играем в прятки! Мама будет считать, а мы все прятаться в разных комнатах, — повернувшись к Эрику, она с заговорщицким видом подмигнула и спросила: — Ты готов, дядя Эрик?