— Андрей. Андреей… Выходи, мы знаем, что ты там. — Он сидел напротив меня и махал рукой перед глазами с издевательски добродушной улыбкой. — Бессмысленно скрываться, выходи.

С трудом преодолев паралич, я повернул голову налево, оттуда на меня, победно улыбаясь во все лицо, смотрел Стас.

— А ты что думал, мы тебя не найдем? — Не снимая искрящейся, злорадной улыбки, произнес он. — Что мы не заметим пропажу одной ампулы с заготовкой, там, на фабрике, что не вскроем твой компьютер и не найдем логи твоих исследований. До чего же ты наивен. Да, очень кстати… — Он посмотрел на стеклянную дверь, которую, умело держа поднос в одной руке, открыла Люба. — Я снова перевел свой напуганный взгляд на Стаса. — Жутко наивен. — С разочарованием подытожил он.

— Андрей, тебе с сахаром или без? — Как ни в чем не бывало, спросила меня Люба.

Я по-прежнему не мог издать ни звука, ком жуткой обиды не давал мне нормально дышать, не то что говорить.

— Въезжай быстрее, Андрей, тебя раскрыли. — Утомленно протянула она.

— Дьявол… — Произнес я хрипло, кое-как, будто это было мое первое слово после долгих лет молчания.

— Ну хватит, ты мне льстишь. — Довольный собой, отшутился Стас. — Хотя, это сравнение мне нравится. Использовать твой хитрый маневр, чтобы завершить мой план, пожалуй, это и вправду чертовски коварно. — Раздутое самолюбие Феликса приобрело особую напыщенность, его несколько десятков глаз горели в предвкушении долгожданной кульминации. Каково это, когда все вокруг разделяют и чувствуют твою славу точно так же, как и ты — наверное, только он один мог ощутить в полной мере. — Ты настоящий гений, Андрей. Не представляю, сколько времени я потратил бы на эту работу. Я искренне тебе благодарен.

В ответ я подавленно помотал головой, слова по-прежнему были для меня непосильным грузом, в голове беспорядочным роем носились мысли о том, что делать дальше. Я не знал, был ли он в курсе моего успеха с антивирусом, эти записи, как и дневник, я вел в своем смартфоне, и только через пристальную слежку он мог узнать о них.

— Ну что, господа! — Снова громко вступил директор. — Не знаю, как вы, а я больше не могу терпеть. Давайте проведем испытания. — Его напористый бас взбодрил меня, словно вдох нашатыря. Он набрал несколько цифр на коммутаторе, из динамика послышался неразборчивый ответ. — Володя, мы идём. Готовь Инкубатор.

В комнате наступила волнующая тишина, тот самый момент истины, которого Феликс ждал, возможно, с момента возникновения самой идеи пси-вируса, был уже на пороге. Копии переглядывались с трепетом и азартом, я сам невольно перенял их сердечное замирание.

На одном из последних этажей находилось что-то вроде бункера — громадное помещение высотой в три этажа, полностью изолированное, с замкнутой системой контроля климата — так описал мне Феликс это сооружение, пока мы ехали в лифте через пятнадцать этажей. Открыв стальную дверь со сканером сетчатки, он привел меня в широкую, темную комнату с низким потолком, дальняя стена которой состояла почти целиком из стекла. У боковой стены тускло светились экраны, на которых виднелась индикация о состоянии системы, ещё несколько ламп освещали рабочие места с массивными металлическими ампулами и прочим лабораторным оборудованием. Похоже, Феликс любил такое освещение — слабое и точечное, охватывающее лишь то, что необходимо для работы — под этим светом он совершал свои главные эксперименты и открытия. В этой полутьме нас встретил человек, с которым я уже был знаком, но еще не встречал его в стенах этого здания. Это был Володя, тот самый здоровяк из «карантина». Он посмотрел на меня неприветливо, отчего мне стало ещё больше не по себе.

— Ну как? — Кратко обратился к нему генеральный.

— Все готово. — Ответил здоровяк с особым почтением.

— Отлично! — Генеральный медленно, с вдохновенным видом подошёл к стеклянной стене.

Я ещё не знал, что это за место, но в нем Феликс был особенно возбуждён, каждый из них дышал с молчаливым трепетанием. Именно здесь должна была исполниться их заветная мечта.

— Посмотри, Андрей, здесь все свершится. — Снова начал праздное вступление генеральный, при этом он не переставал смотреть в окно. — И ты снова мой единственный зритель.

Я подошёл к стеклянной стене и увидел огромное помещение, похожее на ангар для самолета.

— Это Инкубатор? — Спросил я без каких-либо эмоций.

— Да. — Ответил генеральный. — Устройство для проведения решающего эксперимента.

— Как он работает? — Я продолжал беспристрастный расспрос.

— Очень просто, так же, как террариум с мышами. — Тут он не удержался от лукавой улыбки. — А впрочем, что рассказывать. Давайте его запустим.

— Да, наконец! — Стас даже хлопнул от радости.

— Открыть шлюзы.

За этой командой последовала череда громких щелчков, все копии с интересом прильнули к стеклу. В четырех углах ангара открылись автоматические двери, издалека за ними я мог разглядеть лишь темноту. Где-то через минуту из дальнего угла вышел человек, взлохмаченный, похожий на юродивого или на бомжа, с длинной, неопрятной бородой. На нем были брюки, закатанные до колен, и выпущенная рубашка, на которой даже с большого расстояния были видны пятна высохшего пота. Человек шел медленно и осторожно, растерянно оглядываясь по сторонам; он, определенно, был в этом месте впервые. Вскоре в помещении появились ещё несколько человек. Мужчины и женщины, кто-то в офисной одежде, кто-то в белых халатах, один за другим выходили на яркий свет ламп и в недоумении разбредались по ангару. Их одичалые взгляды все больше устремлялись в нашу сторону.

— Не бойся, они нас не видят. — Решил успокоить меня генеральный.

Как будто в ответ на его слова послышался женский голос:

— Эй, там есть кто-нибудь?

Вслед за ним последовал мужской, более громкий и яростный:

— Сколько можно! Выпустите нас! Зачем вы это делаете? Стас! Антон! Вы там?

Я устремил гневный взгляд на Антона.

— Мы устроили демонстрацию новой лаборатории, под этим предлогом их всех собрали в бункере. — Спокойно объяснил он.

— Сколько времени вы их держите здесь? — Спросил я, предчувствуя шок от его ответа.