Терпеть не могу принимать наркотики. В любой форме: алкоголь, сигареты, даже сахар. Все, вызывающее привыкание - автоматическое табу. Свобода воли слишком важная вещь, глупо разменивать её на несколько минут кайфа. Тут я вступаю в противоречие с половиной оккультистов современности, предлагающих обдолбаться до зелёных соплей, чтобы проявилось волшебство. Флаг им в руки! В расшатанном состоянии сознания ещё не такие глюки можно словить.

Сверху лежал леденец красного цвета, горячий на ощупь. Плохой знак. Если внутри карамели до сих пор продолжаются реакции, выделяющие тепло, то страшно подумать, что туда напихали создатели. В окно с громким криком ударился ворон. Стекло, пережившее советскую власть, выдержало, а вот шея птицы нет. Неужели все-таки радиация?

– На вашем месте, я бы не стал это есть. – тихий вкрадчивый шепот прозвучал громче выстрела.

Леденец выпал у меня из рук обратно в шкатулку, а мысли лихорадочно заметались в поисках логического объяснения. На краешке разложенного дивана, как ни в чем не бывало, сидел чёрный человек. Этот сюртук я узнаю из тысячи. Он выглядел еще нелепее в темно-синем цилиндре и коротком плаще на одно плечо.

– Как ты сюда попал? Я видел труп! – никакой медик не соберет развороченные внутренности. После такого не выживают!

– Не задавайте глупых вопросов, и мне не придется лгать. За прямые ответы нужно платить, а мы уже выяснили, что вы не богаты.

Я не нашёл ничего лучше, чем молча выйти из комнаты. В голове поразительно пусто, ни одной идеи. Что вообще происходит? Проверил входную дверь: заперто изнутри. Незваный гость не мог проникнуть через окно: восьмой этаж, непогода… даже обладая навыками гимнаста и снаряжением для промышленного альпинизма это крайне сложная задача. Невозможная, учитывая, что одежда посетителя абсолютно суха.

Была у меня еще одна причина неспешно прогуляться в коридор. Отодвинув вешалки, я вынул из самодельных ножен жертвенный Малайзийский кинжал. В отличие от охотничьих вариаций, на лезвии этого оружия выгравированы такие непотребства, что постеснялись бы и древние ацтеки. Ни разу им не пользовался, но храню уже несколько лет. Любые эксперты признают подлинность артефакта, проблема в материале и распространенности. Для частных коллекций слишком дрянная сталь, а достойные музеи уже владеют похожими клинками 15-16-ого века. Так и валяется раритетная вещь до лучших времен, изредка служа средством самозащиты. Понимаю, что кривоватый нож со змееподобным лезвием - плохой выбор для обороны, но не колбасу же им резать. Не люблю, когда вещи валяются без дела.

Пока я отсутствовал в комнате, чёрный человек никуда не исчез. Он с интересом прохаживался вдоль книг, в беспорядке сваленных на полу, остановился возле черепа, стилизованного под пепельницу. Именно так, а не наоборот. В отличие от современных пластиковых безделушек, это настоящая человеческая кость. На внутренней стенке неизвестный мастер выдолбил полный набор ведических рун. Именно поэтому эта мечта курильщика ещё не в мусоре. Полезно иметь под рукой при расшифровке некоторых текстов.

Посетитель протянул к черепу ладонь, но заметив меня, отдернул её. Странный он все-таки. Ровная осанка и жесты, аристократическая бледность. Будто благородный граф сошёл с картин восемнадцатого века и размышляет, не испить ли чаю. При этом, говор и лексикон современный, а на вид больше двадцати лет парню не дашь. Сильнее всего сбивает с толку сюртук. Молчание затягивалось. Ладно, для начала отбросим самые невероятные варианты. Как там было на шкатулке?

– Ты - демон!

Помня о его просьбе, я утверждал, а не спрашивал. Несложная игра, на самом деле. То, что не способен принять неподготовленный человек, легко вписывалось в мою картину мира. Посетитель еще не ответил, но я морально готов к любому варианту. Послушно всплыла в памяти информация из методичек поздней масонской ложи: «Вопросы для инфернальных сущностей имеют особое, сакральное значение. С другой стороны, брошенная вскользь фраза ни к чему не обязывает обе стороны…» Однако чёрный человек не воспользовался лазейкой.

– Называли меня и похуже.

– Докажи! – губы сами собой расплывались в улыбке. Неужели нашёл? Спокойно, не спугни удачу. Я сделал шаг к нему.

– Знай свое место, смертный. Как ты себе это представляешь? – нахмурился, но мы уже на ты, прямо лучшие друзья. Ещё немного, и обнимемся в сладостном экстазе. Слегка развернул плечо, скрывая правую руку.

– Сложно судить: огонь из глаз, рога и копыта. Подойдет любая демонстрация сверхспособностей.

– Я похож на балаганного шута? Делать мне больше нечего.

– Ты стоишь здесь, дух. Не улетаешь. Значит, тебе что-то нужно. Думаю, моё тело.

Демон отошёл от черепа, снова присев на краешек дивана. Редкие вспышки молний делали его прозрачным, нереальным. Однако ни на секунду я не усомнился в своём разуме: вижу именно это, не сплю и не под кайфом. Такие вещи способен определить даже обыватель. Ещё один осторожный шажок, уже совсем близко.

– Mentulas caco (ругательство). Больше двух тысяч лет хожу под этим небом, а люди все высокомернее. С чего ты взял, что твой сосуд готов принять меня? Как будто это просто… carnem (плоть), пригодную для вселения, тренируют с рождения!