— Хорошо еще, что форму догадался снять. А то бы я его за порчу казенного имущества… — Заграб выразительно провел ладонью у горла.

— Прошу прощения, а зачем вообще нужно красить траву?

— А потому что дисциплина должна быть! — бахнул кулаком по столу орк, — Р-рядовой, смир-р-рна! — внезапно рявкнул он.

Дремавший под столом Шныга мгновенно вскочил, даже не открывая глаз, вытянулся стрункой, прижав руки к бокам и… тут же рухнул на пол, со всего маху ударившись о крышку стола головой.

— Видал? А все потому что дис-ци-пли-на! О! Вот за нее и выпьем… Наливай!

Шардон послушно наполнил жестяные кружки, отмечая рост репутации на 10 пунктов.

— Вот скажи мне, староста, ты своих работников гоняешь?

— С рассвета и до отбоя, — выбрал тот единственный вариант ответа, после которого отношение орка не ухудшалось.

— Пра-а-авильно! А все потому что по-другому с ними нельзя. Слабину они носом чуют, и чуть что — сразу на шею сядут, ножки свесят и…

Заграб закашлялся, сам себя похлопал по груди, восстанавливая дыхание, и продолжил:

— На чем это я остановился?

— На свешенных ножках.

— Точно! Так вот, идем мы по тропе, а на деревьях — ноги висят! Отрубленные и веревками примотанные. Да в сапогах нашего гарнизона! Тут мы и поняли, куда делся отряд разведчиков…

— За разведчиков?! — тут же протянул наполненную кружку трактирщик.

— Не чокаясь, — согласно кивнул орк, и сделал пару тягучих глотков, — Ох, хорошо пошла!

Заграб снова и снова рассказывал свои истории, которые случайным образом выбирались из базы данных. Баек у него в запасе было немного, так что они постоянно повторялись.

— Так… Восьмой тост. А восьмую мы пьем за что?

— За духов предков.

— Вот! Сразу видно, что ты из понимающих людей… За духов, и за предков!

На самом деле это был не восьмой тост, а восемнадцатый, но забывчивой орк уже в третий раз пил за духов предков, а Шардон во второй раз получил «уважительные» +30 к репутации за знание орковских обычаев и за уважение традиций.

Прошло еще два часа и три бутылки Спотыкача.

— Эй! Зел… Зел-леный, ик! А покажись, — в очередной раз кричал Заграб.

Хмурый Шныга выбирался из-под стола и вытягивался по стойке «смирно».

— Один… два… три… Ого, уже четыре! — пересчитал его орк и покачал головой, — Что-то засиделись мы с тобой, господин староста.

— Вообще-то я по делу пришел, — начал трактирщик.

Впервые за время их пьянки эта фраза окрасилась в зеленый, а число рядом с ней приобрело положительное значение — Заграб теперь относился к Шардону с симпатией.

— Ик-икладывай… То есть, выкладывай, чего надо? Бойцов в помощь отрядить, или доспехов мятых списать до сроку?

— У меня проблемы с ведьмой из Питомника. Говорит, что я наслал на них проклятье.

— Старая… ик… карга, опять за свое.

— Знаешь, как решить эту проблему?

— Пошли, — орк попытался встать, но не смог — 20 стаков «Опьянения» серьезно занизили ему Ловкость и Удачу.

— Куда?

— К ведьме… будем ее решать… Ик… В смысле, проблему твою решать.

— Пошли.

Шардон тоже поднялся, заметно покачиваясь. На нем висело в полтора меньше стаков дебафа, так что худо-бедно он еще мог передвигаться. Хотя перед глазами тоже все плыло и двоилось. Даже Шныга, который служил Заграбу индикатором степени опьянения.

— Ты к-куда? — пьяно поинтересовался орк.

— К ведьме.

— Зачем, ик?

— Проблемы решать…

— А какие у нее пр-рблемы?

— Не у нее, а у меня с ней.

— А-а-а… Точно, вспомнил. Завтра пойдем, — махнул рукой в стельку пьяный Заграб, тут же упал на стол и зычно захрапел.

Шардон продолжал неподвижно сидеть в своем кресле, наблюдая за быстро спадающими с него благодаря таланту «Трезвость» дебафами.

— Господина староста?

— Сейчас пойдем.

— Злая страшная ведьма убивать?

— Нет, к кузнецу пойдем, за оружием.

Когда штрафы на параметры упали до допустимых значений, трактирщик в сопровождении своего верного телохранителя отправился в Ремесленный Квартал на окраине поселка, к Барге.

Тот, как всегда, старательно работал молотом да прикрикивал на своих подмастерьев. Впрочем, ради уважаемого старосты мастер оторвался от очередного меча, и кивнул:

— Чем обязан?

Не особо многословный, он не любил пустую болтовню.

— А вы чего встали? А ну живо работать! — кузнец прикрикнул на помощников-гоблинов, и те снова застучали молотками, плюща какие-то заготовки.