Алые сгустки вонзались в стены, падали на мостовые, превращали практикующих в пепел. А после всего этого набухали весенними почками и исторгали из себя жутких тварей. Эти монстры, размером от метра до полутора, чем-то напоминали шакалов.

Прямоходящих, покрытый костяной броней и держащих в руках такие же костяные кинжалы, шакалов. В их алых, совсем не звериных глазах, пылало буйство крови. И именно его они жаждали утолить.

– Солдаты! К бо…

Выкрик одного из офицеров утих в его собственной крови. Один из демонов-шакалов, оттолкнувшись лапами от земли, взмыл в воздух и впился зубами в шею офицеру.

Хаджар еще никогда не видел, чтобы какая-либо тварь так легко разрывала пастью броню Небесного уровня, а следом за ней и плоть Небесного Солдата. Причем демон, не потратив на действо и нескольких секунд, спрыгнул с агонизирующего трупа и бросился прямо на заставу из солдат.

На улицах начался настоящий хаос. И этот же хаос перекинулся и на стены.

А затем взгляды учеников перекинулись на несколько огненных шаров, разъедавших внешнюю кладку лекарского крыла.

Именно там сейчас лежала бессознательная Дора.

– Проклятье, – выругался Хаджар. Он на ходу призвал Зов и Черный Клинок. – Давайте в лазарет! Живее!

Диносы, Гэлхад и очнувшийся от хандры Эйнен, бросились внутрь. Островитянин на ходу обернулся.

Хаджар остался стоять около входа. Перед ним из огненных шаров выбирались десятки мелких демонов. Они открывали свои клыкастые пасти шакалов и что-то рычали.

– Быстрее, Эйнен! – не оборачиваясь поторопил Хаджар.

– А…

– Я прикрою! – перебил Хаджар. Он взмахнул мечом и отправил в полет насыщенный, черный разрез. – Давай же!

Эйнен, прикрыв, наконец, свои фиолетовые, нечеловеческие глаза, бросился в лазарет. Прямо из него вела единственная, уцелевшая после первого залпа, запасная лестница к небесному порту.

И, наверное, внутрь уже вскипало сражение. Но Хаджар его не видел. Он надеялся, что аристократы и Эйнен, даже учитывая ношу в виде Доры, смог прорваться к порту.

Все же, что требовалось от Хаджара – прикрыть их отступление.

Он, приняв защитную стойку, перегородил собой проход внутрь лазарета. Демоны-шакалы, которых на улицах уже насчитывались целые сотни, с легкостью разрывали и буквально утопали в крови солдат.

Лишь некоторые адепты-ученики, собравшиеся в немногочисленные группы, могли дать им отпор.

Разрез же, брошенный Хаджаром, ударил в грудь одному из шакалов. Его костяная броня хрустнула и демон упал. Зеленая кровь толчками била из его рассеченной груди.

Хаджар мысленно выругался.

Он не чувствовал ауры демонов и не мог сказать, на каком уровне силы они находились. Нейросеть тоже сбоила и постоянно требовала для анализа больше данных или мощностей.

Но, учитывая то, что пришедшийся в полную силу разрез смог уничтожить лишь одного демона, то становилось понятно – они как минимум находились на уровне Рыцарей Духа. А их костяные доспехи – не хуже Императорских артефактов.

После того, как один из шакалов упал, остальные повернулся в сторону Хаджара. Кто-то из них принюхался, за ним повторили и другие, а затем все низко и глухо зарычали.

Хаджар расслышал в этих утробных, но далеко не животных звуках, знакомое:

– Потомок… Предателя…

Одного этого хватило, чтобы весь тот поток тварей, хлынувших по улице, вдруг перенаправился в сторону одного единственного мечника.

– Идите на стены! – выкрикнул Хаджар. Ударом кулака, облаченного в броню из черного тумана, он раздробил голову прыгнувшему на него двуногому шакалу. – Помогите солдатам!

Адепты, не ставшие спорить со странным темным мечником, тут же бросились в сторону каменных лестниц.

Хаджар остался один на один с сотней демонов.

– Мы разорвем… твою душу…

– Сожрем… сердце…

– Выпотрошим… кишки…

Хаджар встряхнул рукой и зеленая кровь полетела на камни. Взмахом руки, используя волю, он поднял в воздух несколько отколотых обстрелом валунов. Резким движением, Хаджар буквально сжал их в единое целое и опустил напротив входа в лазарет.

– Попробуйте, – прорычал он.

Синие глаза вспыхнули ярким, практически физически ощущаемым светом. Демоны, уже нахлынувшие единым потоком, сбились с шага. Но чувство, будто перед ними стоит что-то ужасное и жуткое, исчезло так же быстро, как и появилось.

Пусть и потомок первого из Дарханов, это был лишь мешок плоти и костей. Мешок, которые они порвут, а из скелета кузнецы сделают новую броню и клинки.

Хаджар, держа себя в руках перед лицом превосходящего противника, быстро оценил ситуацию. Улица сужалась таким образом, что больше пяти небольших шакалов к нему не подберется.