Она заставила землю в действительности обернуться морем, поднимая девятиметровую волну из почвы и камней, она отбросила Хаджара на несколько метров в сторону.

Врезавшись в камень, на котором когда-то сидел Учитель, Хаджар тут же вскочил на ноги. Утирая кровь, выступившую на уголках губ, он вновь собрал свою волю и, сформировав клинок, сделал им широкий взмах.

Алый разрез, сорвавшийся с красной копии Черного Клинка, врезался в волну из земли. Разбив её на две части, он, пролетев несколько десятков метров, вонзился в метку.

Теперь целью стала третья тонкая нить. И, пусть иероглиф обладал сотней таких, не считая самых широких и пропитанных силой, но Хаджара это не останавливало.

– Поможешь? – спросил он у начавшего уменьшаться Кецаля.

Птица посмотрела на него так, будто хотела упрекнуть за малейшие сомнения в том, что та могла оставить Хаджара биться в одиночку.

– Тогда вперед!

Хаджар оттолкнулся от уцелевшего холма и ринулся в яростную атаку.

В себя он приходил с трудом. Будто вылезая из глубокого омута, он продирался через неясные силуэты и далекие звуки, которыми для него представала реальность.

Наконец, сумев различить перед собой слегка уставшего Степного Клыка, он принял протянутую Аркемейей руку.

– Спасибо, – поблагодарил он полукровку и поднялся на ноги.

– И что это было? – спросила она.

Дерек и орк поддержали молчаливыми кивками.

– Сложная история, – уклончиво ответил Хаджар и тут же повернулся к кристаллическому факелу. – но, зато, у меня созрел небольшой план.

– Очередной?

– Очередной, – кивнул Хаджар. – но на этот раз, если нас больше никто не предаст, – все выразительно посмотрели на Аркемей. – то праздник Да’Кхасси обернется для них трауром.

– Это хорошо, – протянула Аркемейя. – особенно, учитывая, что до начала ритуала осталось несколько минут.

Хаджар пару раз хлопнул ресницами.

– Что?!

– Меньше надо было валяться на полу!

– Проклятье! – выругался Хаджар и, на ходу выхватывая факелы, помчался к нише. Не оборачиваясь, он прокричал. – Хватит стоять на месте! Нам нужно убить Короля!

Пока отряд в “слегка” измененном составе взбегал по винтовой лестнице, то сохранял воистину гробовое молчание. Все они примерно представляли, что именно ждет их на ритуальной площадке на крыше дворца.

Десятки если не сотни могущественных Да’Кхасси и это не учитывая самих Короля и Королеву, каждый из которых находился на уровне силы Безымянного.

– Хаджар, – позвала мечника Аркемейя, бежавшая прямо следом за ним. – можно тебя попросить?

Судя по тону, ни к чему хорошему её просьба привести не могла, но Хаджар, все же, решил ответить:

– Можно.

Еще несколько пролетов в буквально бесконечной башне они преодолели молча.

– Если мы выживем, то, пожалуйста, расскажешь как добраться до Курхадана?

Хаджар едва было не споткнулся об очередную ступеньку.

– Разумеется, – ответил он.

Это не было ложью, в прямом понимании этого слова, потому как рассказать, не означало “показать” и “отвести”.

– “Проклятье!” – в который раз мысленно выругался Хаджар. Он только в этот момент понял, что ему теперь нужно в оба глаза приглядывать за Аркемейей.

Хаджар понятия не имел, зачем Хельмеру понадобилась демоническая полукровка, но был уверен, что Повелитель Ночных Кошмаров не обрадуется, если девушку к нему доставят по кусочкам.

Кровавым, растерзанным Да’Кхасси, кусочкам.

– Спасибо, – произнесла Аркемейя.

Хаджар, мысленно отвесив себе короткую оплеуху, нырнул внутрь своего сознания. Он потянулся к спящему дракончику, который ту же отозвался и нырнул в татуировку на груди, служившую вратами для его силы.

В реальности Хаджара окутал плащ из черного тумана, руки сковала легкая, тонкая броня из того же материала, а на животе появился широкий пояс.

Влияние кристаллов руды Откровения сходило на нет и Хаджар чувствовал, как силы возвращается к нему. Черный Клинок, у сонования лезвия которого появился синий иероглиф, полосой тьмы возник в руке Хаджара.

Алая татуировка, проглядывающаяся сквозь броню, покрывала кожу от кончиков пальцев и до самого плечевого сустава.

Наверное, увидь его сейчас хоть кто-то из Лунной армии Лидуса – ни за что бы не узнали. Интересно, опознала бы Элейн в нынешнем Хаджара своего родного брата?

С этими, весьма странными мыслями, Хаджар ударом плеча выбил кованную дверь, увенчавшую все же не бесконечную винтовую лестницу.

Створка слетела с петель и, проскользив по крыше, унеслась куда-то в сторону бушующего моря. Вернее – так могло показаться сперва.