– Я его девять лет составляла, – тихо, с долей скорби, произнесла она. – Опять же – здесь, как-то, нет ваших знаменитых имперских школ, где бы меня могли обучить.

В том, что образования Аркемейи не доставало было ясно и из её говора. Многие портовые девицы в Лидусе выглядели более эрудированными в общих вопросах, нежели полукровка Да’Кхасси.

– Итак, – указательным пальцем девушка ткнула в схему дворца. – Сейчас мы находимся в южной секции, в казематах.

– Что мы уже успели заметить, – кивнул Хаджар.

Аркемейя посмотрела на Хаджара с явным недовольством, но промолчала.

– Я не просто так сюда вас поместила, – продолжила полукровка. – Здесь, около северной части стены, – она указала на схему. – есть ниша с тайным проходом, которые, кроме меня и нескольких Да’Кхасси, которые за последнее время таинственным, – Аркемейя усмехнулась. – образом исчезли, никому не известна.

– С чего вдруг?

– Я постаралась, – кажется, девушка была шокирована подобной плоскостью вопроса.

– С чего вдруг неизвестна? – пояснил Хаджар. – и не смотри на меня так, Аркемейя. Ты уже однажды предала нас…

– Предают те, кто верен или близок, – перебила полукровка. – а я изначально дала понять, что вам не союзница. Нас просто временно объединят общие интересы.

– Вот ради общих интересов и поясни.

– Вечерние Звезды! – Аркемейя, помимо присказки Моря Песков, выругалась на странном, свистящем языке. – если ты думаешь, что Да’Кхасси смыслят в строительстве – это не так. Когда они оказались в эти землях, здесь процветало небольшое королевство смертных. Собственного его они и загубили, переняв повадки и часть знаний.

Ну, это объясняло схожесть жизне устройства демонов с человеческим.

– Проходы остались с тех времен, – продолжила Аркемейя. – когда я была маленькая, то мне пришлось выучить все потаенные закоулки дворца, чтобы не…

Девушка помотала головой. Нетрудно было догадаться, что воспоминания, к которым мостиком вела эта фраза, были не из приятных.

Вряд ли маленькой полукровке, потерявшей мать и в которой “биологический” отец не видел особой пользы, слишком сладко жилось во дворце, полной демонов.

– По этому проходы мы сможем выбраться сюда, – она указала на шпиль одной из башен, а уже от неё повела пальцем дальше. – Здесь, между Западным Крылом и Северной Башней, на площадке, в самый разгар ночи Черной Звезды, Король попытается зачать ребенка.

– Попытается? – схватился за оговорку Хаджар.

– Для того, чтобы все получилось, Ирма должна быть в особом состоянии, – пояснила Аркемейя. – она должна быть на промежуточной стадии между немертвой и живой. Только тогда она сможет понести от Короля. А в момент зачатия он, сосредоточенный на потомстве, будет практически так же уязвим, как смертный.

– И сколько займет процесс? – абсолютно ровным тоном спросил Хаджар.

– А ты не в курсе? – попыталась съязвить полукровка, но наткнулась на стену полного игнорирования. – Обычный половой акт, который он не станет затягивать, потом примерно четверть часа на ритуал. В среднем – от двадцати, до сорока пяти минут.

– Значит пятнадцать, – кивнул Хаджар. – Лучше действовать в реиме недостатка времени, чем расчитывать на случай.

– Резонно, – согласилась Аркемейя. – но есть одно “но”…

– Ну а куда же без него.

– Короля будет охранять отряд его личной гвардии. Десяток Да’Кхасси, равных по силе пиковым Рыцарям Духа и начальным Повелителям.

Хаджар выругался.

– Сколько у нас до начала действа?

– Полтора дня.

Полтора дня… полтора дня на самую дикую из всех авантюр, в которые когда-либо пускался Хаджар.

– Мне надо подумать, – сказал он. – простым эффектом неожиданности здесь ничего не добьешься.

Аркемейя свернула схему и убрала её обратно в пространственный артефакт.

– Сюда никто не спуститься, – сказала она. – я надежно запечатал вход, да и ни один из Да’Кхасси добровольно не решится отказаться от своей силы. Руда Откровения влияет на них не хуже, чем на людей или орков.

Хаджар, улегшись на камень, прикрыл глаза и сложил руки на груди.

– Мне нужно посоветоваться кое с кем.

– С кем? – услышал он прозвучавший словно издалека вопрос.

– С далеким предком, – ответил Хаджар, проваливаясь в бездну собственного сознания.

Он уже слышал вороний клекот и хлопанье крыльев.