Для орков, кроме Хаджара, на данный момент вообще никого из людей не существовало.

Приняв ритуальную трубку, Хаджар первым делом принюхался к травам. Запах от них шел сладковатый, но без муксусной примеси. Так что как минимум ядов в них не имелось, но вот всякой психотропной дряни могло присутствовать не мало.

Но что-то подсказывало Хаджару, что откажись он от этой трубки и нанесет неизгладимую обиду вождю орков. А обижать трехметрового здоровяка, у которого бицепсы были шириной с талию самого Хаджара, как-то не хотелось.

Затянувшись, Хаджар едва сдержался, чтобы не закашляться. Он, бывалый курильщик, едва не задохнулся этим сладковато-едким, забористым дымом.

Удержав дым в легких, Хаджар выдохнул густой белый столб. Тот взвился в небо, растаяв в нем небольшим облаком.

– Что…кха…это? – спросил Хаджар, протягивая трубку обратно вождю орков.

– Листья и семена тысячелетнего папоротника, – ответил вождь, спокойно и глубоко затягиваясь из трубки.

Сказать, что фраза едва ли не громом поразила Хаджара, – не сказать ничего. Мало того, что в любой империи, что Ласкане, что Дарнасе, за такой пучок листьев “Тысячелетнего Папоротника” отвалили бы под сотню монет, так еще и растение это имело для Хаджара неоценимое значение.

Без корня тысячелетнего папоротника он не сможет продвинуться дальше в технике медитации “Пути Среди Облаков”, а, следовательно, и Развитая стадия Небесного Солдата для него будет закрыта.

Благодаря Траве Снов, осознанию ступени Оружия в Сердце и накопленной энергии Реки Мира, Хаджар сумел прорваться на среднюю стадию. Но дальше, такими короткими путями срезать у него не получится.

Все же, техника “Пути Среди Облаков” находилась на Небесном уровне и без особых ингредиентов её практика была невозможна.

Старясь не демонстрировать своей крайней заинтересованности, Хаджар перевел тему в другое русло.

– А что бы ты делал, здоровяк, если в форте не оказалось признанного духами?

– Если бы в большом каменном доме не было тебя, малорослик, – вождь опять затянулся. Будто кузнечным горном вздымалась его могучая грудь. – то мы бы сравняли его с желтым морем и отправились дальше.

Послышался лязг обнажаемого оружия. Вокруг ласканских офицеров, в том числе и Повелителя, закружились энергии, принимающая формы защитных техник. Но, опять же, никто на них внимания не обратил.

Даже Азрея, маленькая (хотя, уже не очень-то и маленькая) проказница мирно зевала и пыталась прихлопнуть лапой скачущего в траве кузнечика.

– Вы бы отправились войной на империю?

– Охота на человечье племя не интересует наши племена, малорослик, – вождь протянул трубку орчанке. Та, почтительно приняв ритуальный предмет, вытряхнула из него пепел и убрала обратно в тубус. – Но лучше так, чем позволить Да’Кхассам стать сильнее.

Хаджар понятия не имел кто такие Да’Кхассы, но судя по испуганным шепоткам у него за спиной – Ласканцы имели некое представление о неведомой угрозе.

– Да’Кхассы?

– Эти звери действительно всерьез говорят о детских страшилках?

– Да меня матушка ими в детстве пугала! Говорила, если я убирать за собой не буду, то придут Да’Кхассы и утащат меня к себе, чтобы света божественного больше не видел!

– “Проклятье!” – мысленно выругался Хаджар.

Если он что и успел уяснить за время своих странствий, так это то, что все детские страшилки, рано или поздно, оказываются реальностью. Пусть иногда сильно преувеличенной и искаженной, но реальностью.

– И кто такие эти Да’Кхассы? – спросил Хаджар, подозревая, что на самом деле он не очень горит желанием услышать ответ.

– Мелкие засранцы из владений Князя!

Вот на этот раз, чтобы сохранить невозмутимое выражение лица, Хаджару пришлось приложить максимум усилий. Возможно даже – все свои силы.

Прямо рядом с ним, будто из воздуха, возник никто иной, как Хельмер, Повелитель Ночных Кошмаров. Древний демон, помнивший времена Врага и участвовавший как в войне за Врага, так и против него.

Выглядел он точно так же, как и в прошлые их встречи.

Широкополая шляпа, закрывающая нечеловеческое, серое лицо. Живой плащ, прорези которого скалились хищными пастями. В руках Хельмер держал словно кровоточащую шар-эссенцию.

Единственное отличие от его последнего визита заключалось в отсутствии армии маленьких черных комочков – сгустков чьих-то кошмаров.

– Не беспокойся, Хаджар, – Хельмер развалился на земле и слегка надвинул шляпу на глаза. – эти букашки меня не заметят. Чего не скажешь о…