— Молчи! Молчи, чтоб тебя!

— Я не хочу молчать!

Я заткнул уши пальцами, и подбежав к Избушке, влетел в нее. Мои дорогие, любимые жены, которые уже не спали, и сидели пили чай, вместе с Саней, и сестрой полоумной нэко, удивленно посмотрели на меня.

— Ники, скажи мне, твоя старшая сестра точно адекватная? — злобно спросил я. Силари вбежала в Избушку следом за мной, и застыла на месте, покраснев.

— Вроде да… а что случилось, господин?

— Что случилось?! А то, что она сказала мне, что любит меня! Вот что случилось!

— Фига, ты серьезно? — поднял брови Саня, взглянув на меня.

— Серьезней некуда, блин! Лифхель, Джейн и Ивлена, честно, я вам не изменял, и не собираюсь изменять с ней, но вам следует поговорить с ней о том, что она может разрушить нашу семью!

Как ни странно, но никто из них троих не повел и бровью, даже Ники, лишь пожала плечами, и отпила из кружки. Мы же с Саней удивленно окинули их всех взглядом, и вдруг, я услышал такое, отчего мое сердце ушло в пятки.

— Силари, а мы тебе говорили, что нужно пользоваться шансом, пока он был пьян, — спокойно проговорила Джейн. Ивлена и Лифхель кивнули.

Кажется, вот теперь я точно начинаю сходить с ума… Ладно, хорошо, Федор, успокойся, главное быть спокойным, ведь у тебя одна из жен беременна, и ты не хочешь, чтобы с ребенком и с ней что-то случилось…

— Так, дорогие мои, объясните-ка мне, тупому, какого черта тут творится? — спокойно спросил я.

— Хозяин, Силари хочет быть вашей четвертой женой, — улыбнулась Лифхель.

— Да ладно?! Вот неожиданность! — хлопнул я в ладоши. — А я и не понял сам! Лифхель, ты меня совсем за идиота держишь, да?!

— Н-нет, хозяин… — обиженно прошептала Лиф.

— Тогда можешь объяснишь, почему вы трое, вместо того, чтобы наорать на эту… девку, которая пытается отбить вашего мужа, еще и поддерживаете ее?!

— Ну, она девчонка неплохая, возраста уже подходящего, да и сама пару дней назад подошла к нам, и сказала, что не против быть четвертой женой в твоем гареме! — засмеялась Ивлена. — Для меня в этом нет ничего странного, ведь у моего отца когда-то было аж девять жен сразу!

— С тобой-то и так все ясно, как и с Лиф, для которой главное — чтобы я был рядом, но ты Джейн… мы же из цивилизованного мира!

— Ну… раньше мне было плевать, так как я жила одним днем, но теперь… — когда я подумал, что вот она, моя самая адекватная жена, сейчас скажет что-то в мою поддержку, она вдруг произнесла то, из-за чего я снова ударился башкой об стол: — Так ведь будет еще веселее!

— Дружище, с этим ты сам разбирайся, — покачал головой Саня, и собрался уйти, но я схватил его за рукав куртки.

— Не бросай меня! Ты же знаешь, они сумасшедшие, друг! Они же заставят меня жениться еще и на ней! Ты же их слышал! «Так еще веселее»…

— Не, я в семейные разборки лезть не буду! Пойду повозку для пути приготовлю, — Саня усмехнулся, и посвистывая, вышел из Избушки. Ники, не долгая думая, тоже выбежала вслед за ним, но перед этим успела сказать Силари «Удачи, сестренка!». И я остался один на один с четырьмя двинутыми на всю голову, как и я сам, впрочем, женщинами и одной девчонкой. Лифхель пальцем указала на дверь, и я услышал, как щелкнул замок…

— Так, ладно, — вздохнул я, поднявшись из-за стола, и подойдя к Силари. Неожиданно для нее (а может и ожидаемо) я поцеловал ее в губы, и злорадно усмехаясь, посмотрел на своих жен. Реакции, сука, просто ноль!

— Это был мой первый поцелуй, — прошептала Силари, а ее глаза заблестели.

— Часть нашего плана уже сработала, — хихикнула Ивлена. — Хотя, конечно, позднее чем мы планировали…

— Да уж, а вот если бы ты послушала нас, Силари, то на печи мы проснулись бы все вместе, и зная его, у него бы не осталось выбора, кроме как жениться на тебе, — улыбнулась Джейн.

— Ха-ха-ха, очень, блин смешно! — громко произнес я. — Вам не кажется, что ваша шутка затянулась? Силари, я к тебе хоть и хорошо отношусь, но ты — служанка, и потому не имеешь права так обращаться со своим господином!

— Прости Федя, но мы уволили ее, так что… — Ивлена цокнула языком, разведя руки. — И это не шутка, серьезно тебе говорю. Девчонка просто влюбилась в тебя, хотя и сама не может этого объяснить. Думаешь, то, что она говорила про тебя в Огрвилле, лишь простая поддержка? Или ты думаешь, она просто так помогала шить тебе костюм? О, нет, так она показывала свои чувства к тебе, боясь признаться!

— Но… где ревность?

— Ой, дурак! — покачала головой Лифхель. — Простите, хозяин, но разве какой-нибудь нормальный парень отказался бы от того, чтобы у него была куча девчонок, которые искренне любили бы его?