— Вы же нас не обидите, хозяин? — прошептала Лифхель, прижавшись к моей левой руке. — Мы ведь с Ивленой тоже хотим от вас хоть одного ребенка!

— Знаю, вы мне об этом уже много раз твердили, и что только не делали со мной, бедным! И я вам пообещал, помнишь, так что тут уже дело времени, когда вы… забеременейте…

— Тогда я тоже хочу! Я много раз пыталась намекнуть Игорю, что люблю его, но… он отвергал меня ради Ивлены! — Силари вдруг остановилась и как-то совсем уж по-кошачьи зашипела. — Дурак он был! Ведь он потерял как Ивлену, так и меня! Ну, и еще свою жизнь! А мы с сестрой, наоборот, приобрели больше, чем рассчитывали!

— Рад за вас! Но знаешь, что я тебе скажу?

— Что?

— Не пытайтесь меня больше убить, ладно?

Смеясь, мы дошли до конца улицы, и еще не повернув, вдруг услышали громкие детские голоса и крики. Когда же повернули, то увидели, как в переулке, пятеро подростков бьют и пинают шестого, паренька лет двенадцати. Многие, кто проходил тут, старались не обращать внимания на это, лишь бросая быстрые взгляды, и стараясь уйти отсюда как можно дальше. И как бы мне хотелось поступить так же, ведь мне должно было быть плевать на остальных, но…

Я вспомнил ту беззащитную малышку, которая пряталась в шкафу от насильников, и которая осталась цела, лишь благодаря мне. Я помню, как она смотрела на меня, когда я оставил ее вместе с мамой во дворе гостиницы, так что…

— Эй, какого хера делаете?!

Схватив за плечи двоих подростков лет пятнадцати-шестнадцати, я оттолкнул их в сторону, и мы с Саней подошли к избитому парнишке, у которого все лицо было в крови и синяках. Правый глаза заплыл, губы были разбиты, а вся одежда перепачкана в грязи и крови. Он поднялся на колени, до этого валяясь на земле, и испуганно поглядел на меня.

— Прости, мужик, но ты знаешь кто это? — дерзко ответил один из парней. — Это сын лорда Рубольда де Гардова, который несколько месяцев назад подох от туберкулеза!

— Мне это ни о чем не говорит, но… вы не имеете права избивать того, кто слабее и младше вас!

— Имеем! Мужик, он же сын лорда, а значит, если бы его папаша был жив, сейчас он бы издевался над нами, богатенький ублюдок!

— Вранье, — произнес сын какого-то лорда, сплюнув кровь на землю. — Отец никогда не издевался над простыми людьми! Мы были не такие уж…

— Заткнись, Юн!

Подростки хотели снова напасть на парня, но я сильно толкнул одного из них, отчего он чуть не упал.

— Валите отсюда нахрен, пока еще в состоянии ходить! — злобно произнес я, окинув их взглядом. Подростки посмотрели друг на друга, и покивав, бросили взгляд на Юна, которого лечил Саня, водя над ним светящейся рукой, и быстрым шагом ушли, причем бросив взгляд еще и на моих жен.

— Не нужно было помогать мне, господин, — прошептал Юн, отталкивая руку Сани. Он сам медленно поднялся с земли. — Лучше бы они убили меня, и от этого всем стало бы только легче…

— Не пори чушь! Никому…

— Просто вы не знаете с кем связались, господин! Если мои дядя и тетя узнают, что вы решили помочь мне, то они с вами что-нибудь сделают плохое. Они сделали объявление городу, чтобы никто не смел помогать мне!

— Ну и твари! — произнес Саня. — И кто же твои дядя и тетя?

— Какая разница, господин? Просто… идите своей дорогой, и не обращайте на меня внимания…

Мы с Саней и девчонками переглянулись, а Юн тем временем, вышел из переулка, чтобы тут же столкнуться с каким-то здоровым мужиком, который сильно толкнул Юна, хохотнув. Юн упал на каменный тротуар, и охнул, видимо сильно ударившись копчиком.

— Так значит, это ты моего парня и его товарищей толкал, защищая этого говнюка? Да уж, тупой хер, вырядился ты знатно! Шут, что-ли?!

— Саня, девочки, не вмешивайтесь, ясно? — мрачно сказал я, и подошел к мужику, который был выше меня на голову. — Слышь, ты че, нарываешься?

— А разве не видно? — он толкнул меня, но я сумел удержаться на ногах, и даже улыбнулся.

— Давай помахаем кулаками! — рявкнул я. — Прямо здесь и сейчас, на глазах у прохожих!

— Давай!

Мы с ним вышли на середину улицы, и нас тут же окружила толпа зевак, особенно мужиков, среди которых я увидел тех пятерых ублюдков, которые обижали слабого. Все-таки, какой бы мир это не был, всегда идет ущемление тех, кто слабее… Две мои жены, и Саня вместе с Юном, который теперь спокойно принимал лечение моего друга, и испуганно глядевший на меня, встали в первых кругах толпы. Хех, слишком мало зрителей, как по мне… даже в Хабутках, было интереснее на кулачных боях.

— Для начала, разрешите представиться: Федор Иванов, искатель приключений, муж старшей дочери Владыки тьмы, и единственный претендент на престол Гиблых земель! — я взмахнул плащом, который тут же отстегнул, и протянул Лифхель и Силари. — Мои дорогие жены, не присмотрите ли за моим плащом, пока я разбираюсь с падалью! Ах, и еще вот за этим!

Я отстегнул кобуру, которую протянул Силари, и ножны, отдав их уже Лифхель. Мои жены смотрели на меня с такой страстью, что я начал бояться своего пафоса — а ну как сегодня ночью меня опять будут изматывать? Ладно, Силари еще невинна, но вот ее глаза говорили о том, что она уже готова…