Блуждание по подземным ходам — не самое романтичное занятие, но ни Энн, ни остальные члены команды не сомневались в правильности принятого решения. Лорд выздоравливал, но вместе с тем, восстанавливая разум, вразнос шла гормональная система и психологическое состояние монарха. Он становился все неадекватнее, и одно его решение казалось безумнее другого. И это начали замечать и подчиненные, души не чаявшие в своем монархе. А недоверие самых преданных друзей и соратников — прямой путь к краху. Они не должны позволить этому случиться. А потому подчиненные, которые были погружены в транспорт, поехали в одну сторону, смотреть на блага цивилизации, а земляне — в другую, прямиком к ближайшему входу в подземный тоннель. Система локации, которую поставили на будущий городок, была в разы мощнее индивидуальной и сразу отметила все возможные точки спуска.

Дело осталось за малым — найти более-менее удобное, а главное — теплое помещение, и чтобы выход на поверхность был не очень далеко, но и не слишком близко.

После двухчасовых блужданий, команда нашла искомое. Здесь им предстоит задержаться надолго, маясь от скуки и выжидая подходящее время.

Монарх, к счастью, дураком вовсе не был. Уходя из города, он оставил четкие инструкции своим помощникам, минуя компетенцию Тадеуса. Рост напряжения между отцом и сыном заставил Мартина тщательнее разработать делегирование обязанностей в свое отсутствие, что было как нельзя кстати в данной ситуации.

Группа устроилась достаточно комфортно: спальные мешки и запас продовольствия минимум на неделю, переносной синтезатор всего необходимого и кое-какие приспособления вроде тех же фонарей и небольших мобильных ламп дневного освещения сделали их берлогу достаточно уютной. А колода карт для игры в покер и вовсе позволяла проводить нескончаемо длинные вечера, оттачивая мастерство лицедейства и испытывая удачу. Анна наконец-то поняла, почему Фурри проигрался: за личиной рассудительного, начитанного молодого человека искусно прятался азартный игрок и сорвиголова.

Дем же, наоборот, при всей страсти к зубоскальству, оказался наиболее рассудительным: чаще всего срывал банк именно он, после чего был нагло и с хладнокровной уверенностью обчищен Росом. Или самим лордом.

Покер сыграл и другую, более важную роль — монарх, проигрывая несколько раз подряд, приходил в бешенство, обвинял выигравшего в жульничестве, а остальных в сговоре. В общем, все по классике. Энн это радовало. Вместо эмоциональных всплесков в бытовой жизни в замкнутом пространстве, Мартин вымещал свои порывы только в шуточных поединках. То есть, это для землян они были шуточными — лорд рвал и метал, искренне веря в свою правоту.

Изредка, по двое или трое, земляне выбирались на поверхность — в близлежащих джунглях можно было собрать вполне аппетитное сырье для обеда и ужина. Единственное, чего не хватало Энн — это молока, но синтезатор успешно справлялся с задачей, перегоняя исходные вещества в наиболее приятную и удобоваримую форму. Здорово пользоваться благами цивилизации, находясь в эко-условиях.

В голову Энн даже не раз прокрадывалась мысль, что хорошо бы переехать сюда с Китти. Это был бы вполне надежный способ изолировать ее от соблазнов большого мира с многочисленными зависимостями, нескончаемыми крысиными бегами и людьми, соответствующими своей среде обитания. Но для начала ее надо вылечить. Вся надежда была на гонорар, который компания обещала перечислить на счет Роса и остальных по завершении миссии.

Но у жизни, как всегда, были отличные от самонадеянных человеков планы. Точнее, жизнь Аспиране, имела совсем другое воплощение — с ней можно было даже поговорить, но далеко не всем.

В то время, когда Тадеус, уже проделал долгий путь по узким подземным коридорам материка, команда вентрийцев только-только приводила лорда в относительный порядок. Кризы Мартина проявлялись все серьезнее, и удерживать его становилось сложнее. Налицо было феноменальное с точки зрения классической медицины самообновление организма.

— Может, сыграем во что-нибудь новенькое? — Мартин ловким быстрым движением убрал с лица темно-каштановую прядь, которая еще месяц назад блестела серебром.

Взгляд монарха прошелся по каждому члену команды, поочередно цепляясь, изучая, выжидая ответа.

— А во что вы хотите, милейший, — улыбнулся Демиан, когда очередь дошла до него.

— Я бы с удовольствием освоил что-нибудь новое. Менее зависящее от везения. Насколько знаю, средний класс вашей Империи с удовольствием практикует экономические стратегии, — с показным достоинством произнес Мартин. — Неужели я не смогу?

— Да даже сомнений нет, — вмешалась Энн. — Но почему вы не хотите вступать с наносетью в интерактив? У нас всех в надстройках более сотни красивых игрушек на любой вкус и цвет.

— Видите ли, услада очей моих, — ласково произнес лорд, словно обращаясь к несмышленой девчонке. — Насколько вы могли заметить, я еще тот консерватор. Не по душе мне эти красочные картинки. Устойчивая ассоциация с вашими штатными тестами навевает такую тоску, что хочется убить себя. Хотя бы головой об вот эту замечательную стену. Да и считать я самостоятельно люблю. Возможно ли в вашем синтезаторе создать что-нибудь более… осязаемое?