Приняв решение, я начал действовать. Репортер до сих пор пребывал в стране грез, и приводить его в чувство я не стал, с трудом поднял тело из снега и закинул себе на плечо.

Ничего, и не с такими задачами справлялся. Да и меня, бывало, вытаскивали боевые товарищи с поля боя на своих руках. Настало время платить долги.

Я накинул на нас сверху полотно невидимости. Впрочем, пусть оно и скрывало наши фигуры, но кровавый след, тянущийся за нами, скрыть не могло. К счастью, в парке патрулей не было. Очевидно, охранники полагалась на стаю, а может, и сами побаивались грозных псов, стараясь держаться от них подальше.

Грэг не ошибся. Мы вышли прямо к обозначенным «старым постройкам», оказавшимися в реальности несколькими смежными кирпичными зданиями, одноэтажными, без окон и с одной лишь дверью в торце ближайшего к нам строения.

— Вот он, твой четвертый корпус.

Я ссадил Грэга на землю прямо у двери, он все так же оставался без сознания. Пара крепких пощечин делу не помогла, голова репортера только безвольно болталась из стороны в сторону. Позже он, наверное, очень удивится, обнаружив на своем лице пару свежих синяков, хотя они затеряются на общем фоне. Собаки поработали над Грэгом на славу...

К корпусу вели несколько хорошо расчищенных дорожек. Та, которой пришли мы, была самая запущенная, видимо, ею пользовались реже всего. Чуть сбоку от корпуса стояли смешные мехвагены — таких я прежде не встречал: маленькие, маломощные, с поднимающимся верхом, рассчитанные на двух человек. В таких удобно ездить на короткие расстояния. Видимо, для этой цели они здесь и использовались. Следы на снегу были свежие, кто-то не так давно прибыл в корпус, но сейчас никого из пассажиров на улице не было.

Что ж, посмотрим, кто есть внутри.

Я дернул за ручку двери. Заперто, как и следовало ожидать. Но для подобных преград у меня имелась универсальная отмычка — «дырокол». Я выставил деление на максимум. Как и в ресторане-кабаре «Чужак», оружие сработало надежно, в очередной раз выручая меня в сложной ситуации. Познакомиться бы с создателем этого устройства, я бы с удовольствием пожал ему руку... ну или лапу, или даже клешню, кто там этих иномирян разберет, что у них за конечности...

Вместо замка образовалась дыра, и двери открылись без дальнейших усилий. Затаскивая внутрь тело Грэга, я удивился, насколько толстой оказалась дверь — не меньше тридцати сантиметров металла, такая выдержала бы выстрел из пушки. Но вот с «дыроколом» не совладала.

Да, такую дверь просто так не ставят. За ней наверняка прячется что-то интересное!

Мы оказались в начале длинного коридора без дверей. Над головой горели редкие лампочки — местные хозяева тоже были поклонниками электрификации и запитали освещение от динамо-машины, хотя мне и было удивительно, что ее мощности хватило на весь корпус. Нас окружали лишь голые, выкрашенные простой белой краской стены.

Света в коридоре было достаточно, я снял гоглы и убрал их в карман. Очки Грэга я сунул туда еще раньше, перед тем как взвалить его на плечи в парке, — потерять столь ценный прибор было бы непростительной ошибкой.

— Ну что, Грэгуар, посмотрим, что они тут прячут?..

Нести репортера на плечах я в коридоре не мог — потолки были слишком низкие, поэтому я подхватил его под мышки и потащил вперед, туда, где коридор резко менял направление. Я надеялся, что никто не выйдет навстречу раньше времени и не обнаружит нашу израненную диверсионную группу.

Обошлось. Метров через тридцать коридор поворачивал, я дотащил Грэга, прислонил к стене, а сам осторожно выглянул из-за угла, готовый к любым неожиданностям.

Но там был лишь новый коридор, копия предыдущего, разве что длиннее раза в два. Он уходил вниз под небольшим уклоном.

— Нет уж, господин Рат, дальше я вас не потяну. Придется немного потерпеть. Посидите-ка здесь у стеночки, а я прогуляюсь да осмотрюсь...

Грэг мне, конечно, не ответил. Но он был еще жив. Я слышал его дыхание, тяжелое и прерывистое, видел, как подрагивают глаза под закрытыми веками, словно он видит сон, в котором принимает активное участие, только проснуться никак не может.

Элен мне голову оторвет за то, что не отговорил его от этой опасной авантюры. А теперь второй раз за последние дни он при смерти, и я не был уверен, что в этот раз все обойдется.

Хотя на крайний случай у меня были при себе таблетки доктора Блюмберга. Но я боялся, что таблетки могут попросту убить Грэга — слишком уж мощные и нетрадиционные препараты использовал доктор.

Второй коридор кончился дверью — копией входной, такой же толстой и внушительной, но «дырокол» справился и с ней за минуту. Ничего, мы тут наведем порядок. Много дверей — много секретов, а я секреты не любил. Я их терпеть не мог.