– Знаю, - он засмеялся, - мне за эту штуку ещё пять лет платить.

– Пять лет? А тебя коробка Ди эС Джи не пугает? (DSG ) А движок какой? Один и шесть или два? Не... точно два литра, комплектация же...

– Ого! Сима, ты не перестаёшь меня удивлять. Ты разбираешься в машинах?

– Не во всех, только в тех, что папе нравятся, - она улыбнулась так, как может улыбаться только папина дочка.
– Он хотел такую, мы с ним выбирали, но мама сказала, что у нас кризис, у меня подростковый, у него среднего возраста, и мы купили Спортейдж (* KIA Sportage) - телегу, зато с большим багажником...

– И ты недовольна?
– он улыбнулся.

– Ну... на самом деле я довольна, потому что мама довольна... Мне кажется, - она зашептала, - папа до сих пор её сильно любит, ты представляешь, они в школе познакомились...

– Ого. Я бы, пожалуй, тоже уступал жене с таким стажем... и знаешь, думаю, твой папа О-ОЧЕНЬ доволен своей машиной.

– Да?

– Даже не сомневайся, - они плавно тронулись с места.
– Мне надо заехать домой, к родителям, составишь мне компанию?

– К родителям?
– Сима вжалась в удобное сиденье.

– Да... подожди, ты боишься, что ли? Никого нет дома, мне просто нужно забрать кое-что, мы быстро, а потом покатаемся.

– Хорошо.

Сима отступала к огромной металлической «под дерево» двери. Она никогда не бывала в таких квартирах, видела пару раз в случайно попадавшихся на глазах журналах. Огромнейшее помещение - прихожая или холл, она не знала, как правильно назвать это, - уходило куда-то в глубь квартиры и было светлым, с симметричными колоннами, сразу вспомнилось понятие «имперский классицизм», даже гризайль на высоком потолке указывал на него. Женщина, шедшая по этому, казалось, бескрайнему коридору, тоже мало напоминала обыкновенного человека. В чём-то, напоминающем халат, длиною в пол, приглушённых оттенков, она скорей напоминала княгиню, которую побеспокоили в неурочный час.

– О, дорогой мой, почему без звонка?

– Прости, я на минутку, мама.

– Никаких минуток, я и без того тебя не вижу, и представь, наконец, свою очаровательную спутницу.

«Очаровательная спутница» стояла рядом, даже не пыталась держаться непринуждённо. Её высокие конверсы и парка не вписывались в это помещение, складывалось впечатление, что и самой Симе тут не место, даже если по волшебству на ней окажется нечто такое же элегантное и из натурального шелка.

– Серафима, это моя мама Елена Семёновна, мама, это Серафима, моя подруга.

– Очень приятно, милая, - цепкий взгляд уже нашёл пятнышко на джинсах, небрежно выпущенную поверх футболку, все огрехи в облике.

– Мам, я быстро.
– Ося, вдруг коснувшись губами затылка Симы, двинулся вглубь этого дворца.

– Никаких быстро, Иосиф, вы останетесь обедать, и мы пообщаемся, милая, проходите, пожалуйста.
– Она наблюдала, как Сима сняла кроссовки, взяла у неё парку и отнесла куда-то вбок, тогда как куртка Оси так и осталась просто лежать на полу.

– Мужчины, - Елена Семёновна жестом пригласила войти, - по правде говоря, я не ждала гостей, поэтому всё будет по-простому, по-семейному... присаживайтесь, это столовая, сейчас я накрою...

Симу ужасало количество посуды, которое появлялась на столе, бесчисленное количество, пугающее, как на обеде в палате Лордов, если они там обедают, конечно - думала Сима.

– Дорогой мой, что это такое?
– Елена Семёновна показывала на Осю.
– Милый, надень сейчас же рубашку, сейчас придёт твой отец, я позвонила.

– Мне так удобно, - подмигнул Симе, которая сидела с застывшим, бледным лицом, в примерно такой же одежде. Футболка и джинсы.

Отец Оси или Иосифа, как его тут называли, появился очень скоро, коротко поздоровался, представился, «ушёл в кабинет» и попросил «беспокоить только в крайнем случае».

Обед превращался в кошмар, Сима не могла не то что есть, она не могла не запутаться в том количестве столовых приборов, которые выглядели скорей насмешкой над маленькой хрупкой девушкой...

– Вы учитесь, милая?
– Елена Семёновна словно не замечала отстранённого взгляда супруга и злости в глазах сына.

– Да.

– Где же, если не секрет?

– В колледже...

– Ах, в колледже...
– она многозначительно посмотрела на мужа, который с невозмутимым лицом продолжал обед.

– А, вы, простите, местная?

– Мааам, может, хватит этого цирка, а?

– О чем ты, милый?

– Обо всём этом.
– Ося отодвинул по полированной поверхности приборы.
– Для того, чтобы съесть стейк, не нужна вилка для рыбы, мам. Ты собираешься пить? Днём? Белое вино? И красное? И игристое? Как врач я очень не рекомендую, не с твоим давлением.

– Не смей повышать голос на мать, - наконец подал голос отец, сидевший во главе стола.

– Да я бы предпочёл вообще с ней не разговаривать и с тобой, кстати, тоже. Я заехал за справочниками, забыл летом, когда с Тоськой оставался. НЕ НУЖ-НО УСТ-РА-И-ВАТЬ Э-ТО-ГО! Вы просто смешны.