– Предложил, а не подложил, – подчеркнул интонацией Яра и снова обратился ко мне. – Аверина, ты срываешь съемки, шатаясь по павильонам. Езжай уже домой.

Стараясь больше не привлекать к себе внимания, натянула капюшон и уже почти толкнула дверь, когда услышала, как Яра обратился к другим наставникам.

– Пометить… Вылить на нее въедливый парфюм, чтобы чувствовать присутствие не оглядываясь?

Тектоник залился смехом, хлопая ладонью по столу, а Агата быстро вернула разговор к группе, в которой проходил отбор.

Дверь захлопнулась за моей спиной, я расправила плечи, вздохнула полной грудью и направилась к ближайшей станции метро.

***

В три дня я стояла в четвертом павильоне немного посвежевшая после душа, сытая после плотного обеда и с набитым рюкзаком «на всякий случай», куда собственно влезли почти все привезенные мной из Екатеринбурга вещи.

Елена опаздывала, и мы убивали время за разговорами и растяжками.

– Интересно, сегодня морковка снова вырубится посреди репетиции?

Трое парней стояли сбоку от меня и ржали. Все бы ничего, но создалось впечатление, что смеялись надо мной. И по ощущениям, лучше быть зайкой, чем морковкой.

– Ага, ждите, – усмехнулась я и отвернулась.

На плечо легла рука, заставляя меня оглянуться.

– Да не сердись! Мы бы тоже ночевали на матах, но Яра придумал задание, что если кто отбацает стрип рядом с тобой и не разбудит – того он отпускает домой. Вот, все кто не успел спали на матах. Меня, кстати, Тохой зовут.

Парень снял с плеча руку и протянул мне.

– То есть вчера ты тряс своими причиндалами надо мной, а сегодня как ни в чем не бывало подаешь руку?

– Кстати, я был не единственным!

– Это уже не имеет значения, – устало отмахнулась я и отошла от ребят.

– Но спишь ты крепко.

Я фыркнула и демонстративно заткнула свой рот бутылкой с водой. Пить не хотелось, как и продолжать бесполезный разговор. Но Яра! Какой… У! Все же! Даже достойный эпитет подобрать не могу.

Елена процокала на офигенных каблуках к нам и ткнула парням с коробками в центр.

Вид босоножек и туфелек со шпильками мне категорически не понравился. Зато в другой коробке лежали куда более изобретательные аксессуары.

– Разбираем!

Гогот в павильоне раздавался добрый час, чему Елена не мешала, медленно и с удовольствием попивая кофе.

Девочки быстро разобрали туфли по размеру, а вот парни от души примеряли всё содержимое коробки по очереди. Подтяжки ядовито-зеленого цвета, шляпы расшитые пайетками, бабочки и галстуки всевозможных расцветок, кожаные жилеты с открытой спиной. Помимо одежды предлагались трости, перчатки, ушки на ободке, наручники…

Наручники?! Твою мать…

После таких аксессуаров я не удивилась, когда из коробки стали доставать и передавать по кругу ошейники, плетки и даже намордники. Нет, все было выполнено очень по-эстрадному, со вкусом и стилем, но…

Твою мать!..

– Мальчики, – грудным голосом проговорила Елена, прерывая затянувшееся веселье. – Вы надеваете аксессуары на голый торс. Девочки…

– Пусть тоже танцуют топлесс! – нашелся умник и сразу получил плёткой по шее.

– Девочки выбирают по одной игрушке и используют предмет в танце.

Елена улыбалась. Я бы даже сказала, что по-доброму, если бы до этого не разглядела эти самые игрушки.

Итак, я стояла в белой футболке, старой, растянутой, зато идеально впитывающей пот, в черных легинсах, на лакированных красных босоножках с платформой и шпилькой в пятнадцать сантиметров. И все что мог обо мне сказать стилист – это похвалить, что волосы идеально сочетаются с обувью! Но вот какую игрушку взять из коробки и тем более использовать в стрип-пластике? Разве что заячьи ушки – создать нестираемый образ и на отборе доказать наставникам, что я универсал. Универсальнее меня только вранье Яра.

О, как мне хотелось увидеть его отвисшую челюсть и пошло повторить вчерашний фак.

Пока плётки и наручники разлетались из коробки и находили хозяина на сегодняшний вечер, я примеряла ушки. Все бы ничего, но ободок великоват и при наклоне головы слетал на лоб. Скотчем что ли примотать?

Не успели мы наиграться новыми игрушками, как в павильон ворвался Яра и зааплодировал, не скрывая довольную улыбку.

– Вы преобразились – не узнать! Леся, отличный ошейник, тебе очень идет.