Упоминание об асгардцах неожиданно заставило Та- носа вспомнить о Кебби. Он много лет не думал о ней и удивился, поняв, что в памяти она сохранилась болезненной яркой вспышкой, будто заточенной по краям настолько, что воспоминание отзывалось болью, стоило только попробовать повертеть его в уме. Кебби стала первой жертвой во имя его миссии, первой, кому пришлось собственной кровью расплатиться за веру в него.

Танос не оплакивал ее гибель. Только то, что ее больше не было рядом. Они с ней не были одинаковыми, хотя, вероятно, их различие трудно давалось постороннему глазу.

– Асгардцы... – проговорил он. – Артефакт Одина.

Ча покачал головой.

– Танос, это было много лет назад. Я уверен, что они усилили охрану... как там это называлось? Технология врат...

– Биврёст, – рассеянно бросил Танос.

– Точно. – Ча уставился на Таноса, склоняя голову то в одну, то в другую сторону. – Танос? Ты всерьез об этом думаешь? Опять? Ты что, забыл, чем это кончилось в прошлый раз?

Танос закрыл глаза и на мгновение перенесся на борт «Кровавой Эдды». Из панелей управления вырывался дым. Кебби умирала у него на руках, а его собственная кровь хлестала из ран.

За свою жизнь он разрушил много планет, вырезал целые виды. В последние несколько лет его существование превратилось в череду войн. И все же в те минуты на «Кровавой Эдде», бок о бок с Ча и Кебби, он был ближе всего к смерти.

– Прекрасно помню, – ответил он Ча, открывая глаза. Дочери Таноса, сидевшие напротив, уставились на него так, будто наконец нащупали ту слабость, что искали все эти годы. Он решил разобраться с этим потом. – Я помню, как мы вплотную подошли к победе, хотя были молоды, истощены и не имели ресурсов.

– Ты хочешь вторгнуться в Асгард? – пронзительным, испуганным голосом спросил Ча. – Ты это серьезно? Только ради того, чтобы найти артефакт, который, может быть, даже не существует? Его Светлость был не совсем...

– Вменяемым?

– Я хотел сказать: не всему, что он говорил, стоит верить. Но твой вариант тоже годится.

– Вспомни асгардца на заставе, – задумчиво проговорил Танос. – Ватлауса.

– Того, которого ты пытал, – сказал Ча, стараясь не показать осуждения.

– Да, его. Он, кажется, всерьез верил, что у Одина есть нечто подобное. Предмет невероятной мощи.

Ча всплеснул руками.

– Это сумасшествие. Танос, с тех пор как мы с тобой познакомились, я многое повидал. Но напасть на дом самого Одина? В погоне за тем, что, может быть, существует, а может быть, и нет?

– Этер, – пробормотал Танос. – Он назвал это Этер. Камень Бесконечности.

Ча собрался продолжить спор, но буквально застыл, услышав о Камне Бесконечности. Через мгновение он взял себя в руки и спросил:

– Так вот что он тебе сказал? Он сказал, что у Одина есть один из Камней? Ты мне раньше об этом не говорил.

Танос пожал плечами.

– Это не имело значения. Мы потеряли возможность проникнуть в Асгард. Но... – Вдруг у него мелькнула мысль. – Один из? А что, есть другие?

– Не знаю... – Ча растерянно почесал в затылке. – Я не знаю. Всякое рассказывают. Ходят слухи. Кое-что слышишь. Кривотолки. Космические легенды. Особенно на окраинах, где я работал до того, как Его Светлость взял меня на борт и захватил в рабство. Поговаривают всякое. В любом случае... напасть на Асгард, руководствуясь бредом умирающего, – это безумие.

– Согласен. Это было бы безумием. Сначала нам нужно выяснить, существует ли артефакт. А также что он из себя представляет и на что способен. И тогда, если это стоит того, мы перероем весь Асгард и найдем его.

Ча покачал головой.

– А как ты собираешься что-то о нем выяснять? Поймать и запытать каких-нибудь асгардцев в надежде, что на этот раз все получится?

– Сказитель.

Это было первое слово, которое за все совещание произнес Другой.

– Что? – повернулся к нему Танос.

В ту же секунду Ча издал громкий стон.

– О, нет!

– Сказитель, – четко повторил Другой. – Он наверняка знает. Он знает все.

– Не неси чепуху! – взвыл Ча, тыча пальцем в Другого.

Танос кивнул Гаморе, которая подошла к Ча сзади и положила ему на плечо свою сильную руку. Философ из системы Сириуса тут же сник.

– Что за сказитель? – спросил Танос.

– Не что. Кто, – объяснил Другой. – Сказитель знает все, что стоит знать. Каждую быль. Сказитель слышит все и все знает. Все легенды. Все мифы. Все сказки.