— Но ведь теперь все знают, что женщина может его получать, и мужчинам хочется сделать своим женщинам приятное…

Кристина тряхнула головой.

— Ничего подобного. Прежде всего, им хочется чувствовать себя крутыми любовниками. Но что такое — крутой любовник? Это тот, с кем женщине хорошо здесь и сейчас, это тот, кто ее любит любой — и с оргазмом, и без, это тот, кому можно говорить правду… А оргазм сам по себе — это не самоцель, это просто приятное дополнение ко всему вышеперечисленному.

— И что, так думают все женщины? — осторожно спросил Ив.

Кристина пожала плечами.

— Понятия не имею. Вполне вероятно, что и нет. Я ведь могу говорить только за себя.

— Интересно… Кстати, знаешь, чем, говорят, хороши проститутки? — вдруг спросил Ив.

— Чем?

— Ты за свои деньги вовсе не обязан доводить ее до оргазма. И это так облегчает жизнь! Я вот подумал… Это ведь на самом деле сложная штуковина: лезть из кожи вон, чтобы… — Ив запнулся.

— Чтобы наконец-то «удовлетворить эту чертову бабу»? — закончила за него Кристина. — А не надо никуда лезть. Я не в том смысле, что мужикам вообще не надо стараться… Надо! Но не это главное. Секс — это не спорт, это как музыка у тебя в голове! Ее невозможно ни записать, ни повторить… У него нет готовых рецептов. Как у нас может что-то не получиться, если мы любим друг друга, если нам хорошо просто от того, что мы живем на белом свете?..

Внезапно Кристина пресеклась, осознав, что она только что сказала.

— Ты правильно придумал написать об этом книгу, — быстро проговорила она, отведя глаза в сторону.

Ив протянул руку и сжал ее пальцы.

— Я тоже так думаю.

Ох, уже только за то, что он как бы «не заметил» ее случайную оговорку, Кристина была готова влюбиться в Ива на всю жизнь! Ему не нужна была победа над ней и потому он не стал ставить ее в дурацкую ситуацию.

— И еще надо запретить писать поучающие статьи о сексе, — тихо добавила она. — Я вообще за свободу слова, но в данном случае надо вводить жесткую цензуру.

— Почему? — так же тихо спросил Ив.

— Потому что эти пособия для начинающих создают самые дурацкие стереотипы, которые только можно придумать: секс — это сначала поцелуи, потом полчаса на ласки такого-то и такого-то вида, потом сам акт, потом нельзя засыпать и надо поговорить с женщиной. Даже на словах это выглядит как-то убого!

— Ну тогда как же народонаселение будет узнавать о том, что и как надо делать?

— Люди должны сами говорить между собой о том, что им нравиться и не нравится. Ведь в первую очередь оба хотят доставить радость друг другу. И при чем тут техника самого акта? Как при этом можно быть не на высоте, если у обоих все нормально с обыкновенной человеческой восприимчивостью и с чистотой? Только говорить об этом надо до, а не после.

— Как мы с тобой?!

— Ив… — укоризненно протянула Кристина.

Он лукаво улыбнулся.

— Молчу, молчу! Кстати, а ты сама способна выложить, что именно ты хотела бы получить от мужчины?

Кристина окончательно смешалась.

— Я? Ну, вообще-то…

— Точно! Расскажи мне, что тебе больше всего нравится!

— Зачем?!

Ив скроил пуританскую рожицу.

— Исключительно для науки! Ну и для удовлетворения моего праздного любопытства, — добавил он, рассмеявшись.

Несколько минут назад Кристина сама могла похвастаться, что легко смогла вогнать Ива в краску, с умным видом вещая ему о своих воззрениях. Но, кажется, он отплатил ей сторицей. Очень легко рассуждать на такие щекотливые темы как секс, когда это не касается лично себя, и когда ты просто придумываешь, как бы побыстрее и получше осчастливить человечество. А когда оказывается, что человечество — это в том числе и ты, то оказывается, что все далеко не так просто.

— Я не умею говорить о себе, — беспомощно призналась Кристина. Думать могу, представлять себе все могу, а вот рассказать… Все это звучит как-то безумно вульгарно.

— И тебе страшно, что я подумаю: «Фу, какая ужасная женщина! Что ей только в голову приходит! Нет-нет, мне такого не надо!»

Кристина криво улыбнулась.

— Что-то вроде этого.

Внезапно ее взгляд упал на часы. Было без пятнадцати двенадцать.

— Черт! Я же опаздываю! — воскликнула она, вскакивая со своего стула.

— Тебе надо бежать? — обеспокоено спросил Ив.

Кристина замахала официанту, чтобы он подошел.

— Мне надо срочно на работу! Синий меня убьет!

— Это начальник штаба у Хоботова?

Кристина кивнула.

— Я у него работаю.

— И что же, вы вдвоем вершите судьбы вселенной?

— Да нет! Я же ничегошеньки не понимаю в выборах. Я у него что-то вроде подмастерья. У меня были серьезные проблемы с деньгами, и он взял меня к себе, чтобы я хоть чуть-чуть подлаталась.

На лице Ива было написано такое изумление, как будто Кристина только что призналась ему в том, что она переодетый трансвестит.

— То есть ты ему просто помогаешь… — начал он.