— Давай помогу, — тихий голос Ино.

— Иди отсюда, а? — я не хотел грубить, но на тыльной стороне ладони слишком чувствительные окончания и эта странная боль бесила.

Она промолчала. Медленно опустилась рядом и взяла мои руки в свои. Откуда у нее аптечка с собой? Она аккуратно промокнула раны спиртом и наложила повязки…

— Вот так будет лучше… — улыбнулась она.

Чертовы гормоны! Я не выдерживал — наклонился и поцеловал ее в губы…

Она не отстранялась! Как это распалило… Я обнял ее и поцелуй стал развязней, в то время, как руки разгуливали по ее телу…

— Наруто, а как же Сакура..?

— Забудь про Сакуру.

— Наруто… Не здесь…

Я опомнился и вытянул руку из-под топика.

— Гомен…

Она примирительно чмокнула в щеку и убежала вприпрыжку. Сучка… Такое чувство, что она мною играет, а не я ею… Но повязки на руках хорошие, хорошие…

*

— Итак, десятый вопрос…

Я сидел в большом экзаменационном зале. Чертов экзамен! Я смог только рассчитать полет сюрикена! Все было рассчитано, на то, чтоб мы списывали, но у меня-то таких техник нет. Блядь! Ладно, успокойся… Сейчас все будет ок… Не может же быть такого, чтоб все рассчитано было на наследников кланов. Шиноби с двумя шрамами через лицо — Ибики, продолжил:

— Но прежде, чем я его задам… Если вы не ответите на него, то вы не сможете сдать экзамен на чуунина никогда…

— Это несправедливо!

— Молчать! Если же вы не захотите его слушать, то поднимите руку и ваша команда выбудет из соревнования… Но вы сможете сдать экзамен в следующем году.

Эээ… Идиотизм. Может быть я бы и испугался, но угроза странная. Ну не стану я чуунином, и что? Все равно смогу тренироваться, а на миссии берут по силе, а не по рангу. Да и странное условие. Короче, если бы у нас сэнсэем не был Какаши, я бы может и купился. Вон Шикамару нашептывает Сакуре…

Поднялось рук прилично. Штук шесть. Это восемнадцать человек…

— Покиньте класс.

С Ибики никто не спорил, ибо даже его улыбка из-за шрамов выглядела как угроза расчленения.

— Итак, все здесь… Десятый вопрос…

В классе застыла тишина. Были слышны только постукивания пальцев по парте Шикамару. Его лицо вообще отражало смесь сонливости и выражения: «Какие же все вы дебилы». Он же наследник Нара, а там походу все знают подвох экзамена…

— Вы прошли!

Что он сказал?! Это я зря ломал мозг этими синусами?! Вот же..!

Звук моего удара кулаком о стол утонул в овациях. Ибики что-то бубнил про «взаимопомощь в команде»… Мда… Не ожидал я такого…

— Второй тур — тур на выживание! Вы будете заброшены в пересеченную местность…

Я слушал в пол уха. Третий тур, как я знал из рассказа сэнсэя, — спарринг. Что же это будет? Иллюзорные клоны и метание кунаев? Нет! Мне нужно что-то другое… Мне нужен козырь! После экзамена я решил сходить к Какаши…

— Сэнсэй!

— О, Наруто. Поздравляю.

— Аригато, сэнсэй.

Какаши говорил приходить к нему, если возникнут вопросы. Дом у него оказался классическим, небольшим особняком вне деревни. Чистые циновки, теплые цвета, трофеи… В данный момент он сидел за столом и писал взрывные печати. А он левша, оказывается…

— Что-то случилось? — обеспокоенно отложил он кисть в сторону.

— Нет… У меня скорее просьба…

Судя по виду Какаши, моя скромная маска на него впечатления не произвела…

— Какая?

— Вы можете обучить меня стихийным ниндзютсу? — неуверенно попросил я.

Неужели от генинов никогда не поступало таких просьб? А иначе — чего он так удивлен? А вот теперь недоверие — думает, стоит ли…

— Зачем?

— Для третьего тура, Какаши-сэнсэй… Я же ниче…

— Неверный ответ, — перебил он. — Настоящую причину, Наруто!

Как он это делает? Видит меня насквозь…

— Самосовершенствование…

— Ух, какие мы сложные слова знаем, — насмехался он. — А это зачем?

— Ради самосовершенствования…

— Правду, Наруто! Ты не ножик у меня просишь!

— Гомен, Какаши-сэнсэй…

— Ко лжи привыкаешь, да, Наруто? — сочувственно улыбнулся. — Не волнуйся. Я знал многих людей. У всех были свои цели. Какая бы цель у тебя не была — она имеет право на существование. Мы договаривались, что я не собираюсь влиять на ваше самосознание.

— Аригато… Я хочу правды, сэнсэй…

— Вот теперь хоть полуправда, но правда… Возьми и направь в нее чакру.

Он протянул мне в руку обычную бумажку. Сероватую — признак натуральной древесины. И тут его глаз расширился от удивления.