— Что..? — расширились глаза Ируки.

— Какой театр! — Мидзуки явно услышал только первые слова. — Но так еще лучше, ты не будешь мне мешать, джоунин… Умри!

Следующий огромный сюрикен вонзился Ируке в поясницу. Крик его был похож на предсмертный вой. Он упал бы на меня, но я отскочил назад, вставая на ноги. Кунай, который я достал из чехла на бедре был выбит раньше, чем я успел удивится, куда же пропал Мидзуки с ветки…

— Дурак ты, лисеныш, — прошептал он, когда мои руки и ноги оказались зажаты его бедрами, а торс прижат к земле рукой. — Надо было тебе убегать, пока было время… Получай!

Голову пронзила секундная боль, что досталась от клона… Значит клоны передают свой опыт… Сейчас!

Я сорвался с ветви, ударил джоунина коленом в спину и развернувшись в воздухе, нанес тяжелый удар ногой в висок… Только вот моя кость чуть не треснула от контакта с бревном. Я откатился в сторону и не выдерживая боли, обхватил ногу. Прежде чем мне в голову пришли мысли о том, что потакание инстинктам в этом случае было большой ошибкой, меня завалили на грудь и прижали к земле.

— Дешевый трюк, дурень, — шепот на ухо. — Меня таким не проведешь.

Прежде, чем в меня вонзился кунай, я смог сложить за спиной печать концентрации. Какую-то секунду я отстраненно чувствовал удар своим деревянным телом, но затем вылетел из пространства на месте, где было бревно, с которым обменивался Мидзуки. Из этого удачного положения я все же успел ударить его в голову. Однако удар получился слабым из-за иллюзии потери равновесия при обмене и Мидзуки сознания не потерял. Просто откатился в сторону и вскочил на ноги.

— А ты сильнее, чем другие генины… — пошептал он. — Даже интересно ста…

— Блядь, да заткнись ты уже! — не выдержал я. — Был бы я джоунином, под тобой уже бы взорвалась какая-то ловушка…

Мидзуки инстинктивно отскочил, слегка потерял равновесие, но этой секунды мне хватило, чтоб на секунду перехватить инициативу. Я сделал ему тяжелый удар под ногу, явно чувствуя, как хрустит его пятка. То-то же — металлическим бруском по ноге, это не шуточки. Я и сам почувствовал неприятный удар по кости, но она у меня была почти полностью заросшей мышцами, да и площадь удара была больше.

Но Мидзуки джоунин. Как бы я не старался, я не смог бы его победить… Одно движение — касание рукой о землю, и он снова твердо стоит на неповрежденной ноге. Другая уже давно повалила меня наземь, а затем он всем весом обрушил колени мне на грудь.

Охренеть. Я думал, что знаю, что такое боль… Но два костлявых колена в грудь — это нечто. То, что у меня вышибло воздух — только побочный эффект. Ребра треснули, несколько пронзило легкие и мой вдох утонул в хрипе…

— Ну вот и все, — прошептал Мидзуки и наклонившись, поднял свиток.

Неужели я погибну? НЕТ! Не может быть…

*

Тьма, Пустота и Огонь… Ад?

Не ад, все гораздо тривиальнее — внутренний мир. Хотя, нифига это не тривиально. Когда я немного восстановил осязание, пустота заменилась расплывчатыми образами… Вокруг был словно широкий лес. Я чувствовал травинки и слышал щебетание птиц. Где-то вдалеке шумел морской прибой. Ну да, мир такой, как и владелец… Думаю, вырос бы я идеалистом, или в какой-то семье шиноби, были бы тут одни темные коридоры да клетки.

Боль была, я чувствовал, как диафрагма пытается натянуть легкие, но только рвет их еще сильнее моими ребрами. Но все это было так отстраненно, что я даже не сразу это заметил. Действительно, ребра не повредили сердце, от такой травмы я не умру быстро… Если Мидзуки не добьет, я буду лежать еще сутки…

И вдруг меня захватило желание двигаться… Я пошел вперед. Огонь стал разрастаться, наполнять меня. Я повернул налево и вдруг, ни с того, ни с сего едва заметные очертания леса пропали, свежий воздух стал затхлым и я вышел в огромное помещение. Почти все его занимала огромная деревянная клеть, закрытая печатью. За клеткой была тьма, но недолго — от мимолетного желания она рассеялась и проявилась огненная фигура. Лис был ужасен. Его тело, вернее воплощение, было изорвано и чакра падала с него большими хлопьями… Как чакра может падать хлопьями? Не знаю.

— Ну здравствуй, Кьюби, — я аккуратно присел на землю. Опасения развеялись — подо мной была обычная трава… Так блин! Я контролирую этот мир!

От одной мысли я с клеткой с Кьюби оказались на лесной поляне около озера. Приятный воздух заставил Кьюби поежиться, а я расправил плечи.

— Хороший джинчурики, — глубокий, наполовину рычащий голос. — Прошлые были глупые, думали, что это все клетка… У них у всех было темно и тесно…

— Джинчурики?

— Носитель хвостатого, — объяснил Кьюби. — Здравствуй, Удзумаки. Скажу сразу: я не рад тебя видеть.