— И что будем делать? — задала Вика вопрос, с серьёзным выражением на лице, по-новому взглянув на миловидную белокурую женщину. Или точнее копию с женщины.

— А что-то нужно делать? Их создают десятками тысяч где-то там среди иных светил. Что мы можем? Да и зачем что-то делать? Просто мне страшно от осознания того, что древнюю мечту зачарователей о создании искусственной жизни уже кто-то осуществил. При том без капли магии! Мне страшно от осознания истинной силы науки пришельцев. От огромности их ресурсов. И от того я желаю дружить с ними ещё больше, в надежде воспользоваться столь обширными богатствами! — прогнав остатки тяжёлых мыслей, герцог Аль’Закен развернулся, тут же исчезнув в сумраке вечерних коридоров дворца. Вика ещё какое-то время понаблюдала за тем как быстро живая машина учится их языку и письменности, и содрогнувшись от нахлынувшей тревоги, последовала вновь по своим делам. Её новый владыка прекрасно знает, что делает, а ей в свою очередь стоит подумать о другом: куда пристроить четырёх своих сыновей в открывающихся теперь возможностях?

Четыреста восемьдесят шесть километров до границы с зоной отчуждения… если можно так назвать это странное место. Пролетев всю эту дистанцию, бойцам Велиана пришлось остановиться, прекратив дальнейшее продвижение — всё потому, что отсутствие в их телах маны приводило к серьёзной уязвимости к рвущим пространство чародейским помехам. У одного даже кровь носом пошла, не говоря уже о головной боли и общей слабости всех остальных людей. Только броня и спасала ослабевший их организм.

Не меньше наводило тревогу почти чёрное небо над головой, где постоянно мелькали светлые тени украденных душ, мечущиеся словно косяки рыб в океане. Ещё иногда привлекали внимание то и дело вспыхивающие в небе фиолетовые огоньки, разлетавшиеся искрами словно после броска в костёр свежего полена, при том такие огоньки было видно даже обычным человеческим взглядом! Правда электроника была не способна их идентифицировать, определяя, как аномалии неизвестной природы, но оно и понятно — магические явления людям были абсолютно незнакомы. При этом ничуть не меньше напрягали те зоны, где таких огоньков не было, да и не только их — там вообще словно живая тьма путешествовала, не позволяя наблюдать за местностью даже в иных спектральных режимах.

— Шеф, думаете это хорошая идея идти туда? Может отстрелим в сторону этой зоны маяк да подадим координаты на орбиту для бомбардировки?

— И позволим кому-то ещё решать проблемы на нашей территории? Не забывай, Велиан, единственный шанс удержаться на пике ситуации — это делать всё самостоятельно, не прося помощи. Иначе нас просто ототрут в сторону, взяв бразды правления в свои руки. Оставайтесь в пределах безопасной дистанции, мы с Хрясем сами туда скатаемся, — отдав Бусинку в руки своего бойца, лорд разрушения заставил своего кризалида вырасти, ловко запрыгнув на его силовое поле. Благодаря тому, что Хрясь был способен управлять им как своей дополнительной конечностью, закрепиться Азраилу в этой защитной оболочке было несложно.

Свернувшись клубком, кризалид десятиметрового диаметра тут же начал вращение, выстрелив в сторону центра разросшейся аномалии, взрывая своим телом целые пласты земли и пожухлые от магии деревца. В считанные секунды набрав скорость более сотни километров в час, зверь нырнул в очередную набежавшую на них тьму, при этом исчезнув от глаз наблюдателей вместе с Азраилом, подвешенным в полуметре над поверхностью его тела.

Само путешествие верхом на кризалиде описывать нет особого смысла — благодаря высокой скорости и абсолютной проходимости своего зверя, лорд разрушения уже через час находился перед дымным защитным полем, призванным скрыть как саму пирамиду, так и их немногочисленных обитателей. Аномалии же по пути сюда Хрясь легко обходил, полагаясь на чутьё магического зверя. Азраил был ему очень благодарен, но похоже пришло время и его оставить позади — концентрация магических помех здесь, рядом с барьером, была уже столь велика, что Азраилу для гарантии своей безопасности пришлось применять жертвенную форму, а Хрясю уменьшиться в размерах, дабы сократить получаемый своему телу урон.

— Кзя-я-к!

[Кчах-дыщь!] — разом разрядил оскорблённый таким положением дел кризалид весь свой запас молний. Дуга толщиной в человеческий торс ухнула в барьер, переливавшийся бело-серыми волнами, и исчез в нём бесследно…

— Не напрягайся, друг, это бессмысленно. Возвращайся лучше назад! Я не собираюсь себя там сдерживать, так что даже ты можешь получить серьёзные травмы, — прогудела чёрная фигура Азраила, своим красным свечением сильно выделявшимся в окружающем его царстве мрака. Небо над его головой теперь было полностью чёрным!

— Зу-зяк. Цзек-цзек! — недовольно запрыгал зверь, отказываясь уходить.

— Ну как хочешь, я тебя предупредил. Только если тебе лапы оторвёт или панцирь расколет выбросом силы, потом не жалуйся.

Бросив своему упрямому питомцу прощальную фразу, Азраил шагнул к барьеру, мгновенно пробив его бронёй адепта разрушения. Окутавшая чёрно-красную фигура золотистая сфера легко раздвинула непокорную дымку, в которой по ту сторону по странному совпадению оказался элемент какой-то колонны с куском стены, преградив собой пусть храброму герою. Пробив и их точно также без особых трудов, Азраил вызвал целый обвал кусков гранита на свой барьер. К счастью после недавних повышений уровня, крепость его брони выросла весьма заметно, что уберегло его от неприятностей.

«Удар валуна весом в 2336 кг»

Базовый урон: 131222

Сопротивление урону: 83 %

Порог урона: 5068

Полученный урон: 131222*(1–0,83)-5068=17239

С учётом того что запас маны у Азраила составлял в жертвенной форме чуть более шестидесяти тысяч, а восстанавливалась она со скоростью двадцать две тысячи единиц в секунду, удар по золотому барьеру самого большого валуна не заставил его даже замедлиться, несмотря на то что ману из него постоянно тянуло ещё и противостояние с защитой пирамиды. Ну а более мелкие камни не нанесли и вовсе никакого урона, будучи полностью поглощённые сопротивлениями урону.