— Наверное, это было тяжело — потерять брата и не получать никакой поддержки от родителей, — проговорила Алекс.

— Да, — согласился Биар, — я представить не могу, как через такое можно пройти. Но Джордан гораздо сильнее, чем кажется на первый взгляд.

Алекс кивнула, соглашаясь, и наступило молчание. Она наблюдала за танцующими по залу парами, которые шепотом обменивались словами и таинственными улыбками.

Биар, должно быть, проследил за ее взглядом, так как он встал со своего места и протянул ей руку:

— Хочешь потанцевать?

— Эээ… Я не очень умею.

— Все в порядке, — ответил он, с широкой улыбкой поднимая ее на ноги, — я тоже.

Алекс хихикнула и позволила увести себя на танцпол. Несмотря на его слова, вскоре стало ясно, что он, по крайней мере, знал основы, так как смог вести ее в такт музыке. Он был лучшим партнером, которого она могла себе представить для своего первого вальса, и он ни разу не сморщился, когда она каждый раз наступала ему на ноги, что значило очень много.

— А ты не так плоха, — сказал он, когда они завершили третий танец. Они решили пропустить следующий, чтобы перевести дыхание — а в случае с Биаром, дать отдых его искалеченным ногам.

Она фыркнула:

— Лжец.

— Окей, — согласился он, подавая ей стакан воды, который она пила перед этим. — Ты не так плоха теперь. Когда мы только начали, я думал, что мне к концу ночи придется ампутировать ноги.

Она решила принять его высказывание как комплимент.

— Я действительно выросла под вашим чутким руководством.

— Это говорят все дамы, — он подмигнул ей и провозгласил: — Я король танцев!

— Кто-нибудь хочет пунша? — спросил Джордан Алекс, оказавшись рядом с ними. Он указал на их пустые бокалы. — Ты ведь в курсе, что это крепкая штука?

Алекс захихикала и встряхнула головой:

— Да нет, в самый раз.

— А, ну это все объясняет, — сказал Джордан. — Что ж, в таком случае, мне придется настоять, дружище, чтобы ты побыл один, пока я показываю Алекс, как надо танцевать по-настоящему.

Джордан взял у Алекс пустой стакан и передал его возмущенному Биару, прежде чем решительно подхватить ее на руки и вернуть на танцпол.

Алекс должна была признать, что, как танцор, он превосходил Биара. Он крепко держал ее, и ей не приходилось смотреть вниз на ноги, потому что он вел ее в танце с такой уверенностью, что она следовала за ним без колебаний.

— А ты в этом хорош, — сказала она, пока он кружил ее по залу.

— Я танцевал на подобных мероприятия с пяти лет, — ответил он, обесценивая ее похвалу. — Еще пока не растерял навыков с тех пор.

— Полагаю, да, — согласилась она, воображая милого маленького пятилетнего Джордана, пытающегося вальсировать в бальном зале.

— Прости за произошедшее, — сказал Джордан, проводя ее через серию сложных шагов, которые им с Биаром в прошлый раз пришлось пропустить, — я имею виду родителей. Знаю, они иногда могут быть… сложными.

— Никаких проблем, — ответила Алекс, но она не знала, что еще сказать на это. Он выглядел виноватым, а она хотела, чтобы он знал, что это была не его вина.

— Когда мне было семь, родители отвели меня на званый обед, — сказала она ему в порыве. — Это была какая-то ночная презентация, посвященная открытию, которую они и другие люди сделали в научном мире. Это было серьезное мероприятие, и они хотели произвести хорошее впечатление. Я все еще не понимаю, зачем они взяли меня с собой.

Все внимание Джордана было сосредоточено на ней, и она подумала, что могла бы выбрать для рассказа историю получше.

— И что случилось? — спросил он.

— Мы сидели за длинным столом с очень важными людьми, включая всех основных спонсоров и потенциальных будущих инвесторов. Выбирая, что поесть, я потянулась за булочкой и случайно опрокинула чей-то бокал. Когда я попыталась помочь очистить пятно, соскользнула со стула, и, падая, схватилась за скатерть, из-за чего все остальные блюда и вино оказались на коленях гостей. Нас выпроводили с мероприятия еще до объявления наград. Моим родителям было так стыдно, что они держали меня под домашним арестом целый месяц.

Джордан рассмеялся, это был первый смех, который она слышала от него за эту ночь.

— Это отличается от твоей ситуации, — призналась она, когда очередная мелодия закончилась, — но, если это поможет, большинство семей странны по-своему. Моя — в своем, а твоя — в другом. Нам, чудакам, стоит держаться вместе.

— Спасибо, Алекс, — ответил он, крепко обнимая ее посреди танцпола, — что бы я без тебя делал?

— Ты бы пропал, — сказала она, когда он ее отпустил, — плача, размазывая сопли по всему смокингу. Поверь, такой вид не для слабонервных. Так что, будь благодарен, что я здесь и спасаю нас всех от подобного зрелища.