Было уже поздно, далеко за полночь, и она не была уверена, стоит ли ей последовать совету Дарриуса и пойти искать Джарвиса. Она решила на всякий случай проверить его кабинет, и если там никого не окажется, вернется туда утром.

Она не могла вспомнить, на каком этаже был кабинет директора, поэтому ей пришлось пройти по всей лестнице, прежде чем снова поднявшись, она добралась до офиса Джарвиса на восьмом этаже. Она постучала в закрытую дверь, не ожидая ответа, и была удивлена, когда она открылась.

— Алекс? — усталые глаза Джарвиса смешно расширились, едва он увидел ее. Его одежда была смята, и он выглядел так, будто сейчас свалится от усталости. — Что ты тут делаешь? Да еще и посреди ночи?

— Привет, Джарвис, — поприветствовала она. — У тебя есть минутка?

Он впустил ее в свой кабинет, пригласив присесть.

— Что с тобой случилось? — спросил он, указывая на ее вечерний наряд и травму.

— О, ничего особенного, — беспечно ответила она. Теперь, когда она была в целости и сохранности, произошедшее смотрелось не так плохо. — Очередное не то место и не то время. Сам подумай, такое со мной случалось множество раз.

Он бросил на нее серьезный взгляд:

— Алекс, прошу тебя. Что ты тут делаешь? Как сюда попала?

Она передала ему Коммуникационный Шар.

Нахмурившись, он повертел затуманенную сферу в руках.

— Где ты это взяла?

— Мой друг Дарриус дал, — ответила она. «Друг» показался ей хорошим титулом для человека, который всегда появляется откуда ни возьмись. — Он сказал, что это принадлежит директору.

Джарвис выглядел удивленным:

— Ты сегодня виделась с Дарриусом?

— Знаешь его?

Он кивнул — несколько нерешительно — так что она продолжила:

— Мы столкнулись друг с другом на Новогоднем Бале, — когда Джарвис не отвел с нее странного взгляда, она спросила: — Какие-то проблемы?

— Нет, нет, совсем никаких. Просто… Я не думал, что вы так близко знакомы.

— Я едва знаю его, правда, — сказала Алекс. — Он просто появляется, когда нужен мне.

Джарвис рассмеялся:

— Да, кажется, у него хорошо развита интуиция.

— Спасибо его интуиции, которая послала его ко мне сегодня, — продолжила Алекс. — Он спас меня из жуткой ситуации в Особняке Шондель и — бада-бум — вот и я!

Она указала на КомШар:

— Он также упомянул, что ты можешь вернуть его профессору Марселю.

— Уверен, что так, — пробормотал Джарвис. Более громким голосом он спросил: — Ты не хочешь рассказать мне, что стало с твоей шеей?

— Просто часть сложной ситуации, которую я упоминала, — ответила она, не желая уточнять.

Джарвис ожидал, что она все же расскажет больше, и когда она этого не сделала, сморщил губы и сказал:

— Вижу, что ты устала, так что отложу этот вопрос. Но я обсужу это с директором.

— Обсуждай, — пожала плечами Алекс, не понимая, почему профессора Марселя должен волновать этот вопрос.

— Тебе стоит пойти немного отдохнуть, Алекс, — сказал Джарвис. — Ты бледна.

Уверена, так и есть, подумала она, вконец измучившись.

Алекс попрощалась и, споткнувшись на лестнице, вышла из Башни, направляясь прямо к зданию общежития. Ее визит к Флетчеру подождет до утра, так как она слишком устала, чтобы идти куда-нибудь, кроме своей постели.

Сначала ванная, решила она, потом постель.

Глава 33

— Что ты здесь делаешь?

— Мммгмффф…

— Я спрашиваю, что ты здесь делаешь?

Голос был раздражающе настойчивым. Алекс накрыла голову подушкой, стараясь заблокировать звук.

— У тебя кровь идет, — раздался голос вновь, на этот раз не так громко, но однозначно ближе. — Почему у тебя идет кровь?

Алекс застонала от того, что вопросы продолжали нарушать ее мирный сон. Она отодвинула подушку с лица и открыла заспанные глаза, с удивлением обнаружив стоящую над ней соседку по комнате.

— Д.К.? — спросила она заспанным голосом, — Что ты делаешь в моей комнате?

— Вообще-то это наша комната. И что ты здесь делаешь? Студенты не должны были возвращаться до завтрашнего дня.

Алекс села в кровати, вспомнив, что она больше не в доме Ронниганов. Она потерла глаза, чувствуя, как кожа на шее натянулась.

— Ой!

— Что с тобой произошло? — спросила Д.К. вновь. Если бы Алекс не знала ее лучше, она бы подумала, что ее соседка обеспокоена. Но это было невозможно.