— Как всегда, вовремя.

Жюстин смутилась. — Слышала, вы двое обручились. Поздравляю.

— Так и есть. Надеемся назначить дату, — он искоса взглянул на Райли.

«Давай, позорь меня перед своей бывшей».

— Спасибо, — ответила Райлли. — Скорее всего, на весну. Завал на работе.

Жюстин кивнула.

— От информатора я узнала, что Национальная гильдия приняла драконовские меры к местной, с мастера Харпера сняли полномочия. — Она впилась в Райли. — А правда тебе запретили пользоваться магией?

Репортер не упустит шанса.

— Да. Что ограничивает приемы по ловле демонов.

Жюстин нахмурилась. — Зачем, во имя всего святого, они это сделали?

— Без понятия.

— Ответите на пару вопросов по поводу экзорцизма?

— Официально, нас тут быть не должно, — ответил Бек. — А неофициально — оказалось, тут находились двое демонов вместо одного.

— А девочка в порядке?

Райли оглянулась на Коринну и ее родителей.

— Думаю, да. Она сильная.

— Как и ты, — кивнула Жюстин.

Бывшая соперница открылась с новой стороны.

— Мои поздравления с замужеством, кстати говоря, — сказал Бек.

— Благодарю.

На ее руке — простенькое золотое кольцо, огромного бриллианта, ожидаемого Райли, и в помине не было.

— Кто счастливчик?

— Филипп — журналист из «Рейтерс». Меня увлекла его статья, и он пригласил меня на свидание.

— Не дурак, — прокомментировал Бек. Он оглянулся на Саймона. — Надо кое-что обсудить с нашим экзорцистом. Я подойду, — он оставил их наедине.

Повисло молчание. Райли оттирала палец от сажи.

— Неловко вышло, — произнесла Жюстин.

М-да уж. Бек мог сколько угодно звать Райли своей женщиной, но рядом с ней она чувствовала себя девчонкой. Ее совершеннолетие роли не играло.

— Как тебе удается всегда выглядеть хорошо? — выпалила Райли. — Я всегда растрепана и… — Она мотнула головой. — Знаю, это неважно, но все равно неприятно.

Жюстин расхохоталась. — Думаешь, я так выгляжу в течение всего дня?

— Каждый раз при нашей встрече.

— Да нет же. Так не получится. — Жюстин пролистала несколько фотографий на телефоне. — Так я выглядела во время бунта в Карачи.

От увиденного на фотографии у Райли отвисла челюсть. Жюстин с ног до головы была в грязи, волосы растрепались, а рубашка порвалась. Улицу позади нее накрыло облако слезоточивого газа.

Журналистка показала другое фото. — А это восстание в Марокко. — И пролистала еще. — Это я в Нью-Дели после бомбардировки. Жизнь меня треплет, как и всех.

— Ты разрушила образ легкомысленной пустышки.

Великолепно выщипанная бровь Жюстин вздернулась вверх. — А ты не глупая.

Улыбнулись они синхронно.

— Ты ревнуешь ко мне Бека. Ведь мы были любовниками.

Райли кивнула.

— Отчасти из-за этого.

— Человек он хороший, но со мной он бы не был счастлив. Пусть он и симпатичен мне, но не так, как Филипп.

— Мы обе обрели любовь.

Жюстин кивнула. — Мы с тобой везучие. — Она смутилась. — Я бы не ужилась с Великим мастером. Слишком много тайн. Моему внутреннему репортеру хотелось бы их раскрыть.

Райли расхохоталась. Бек озадаченно повернулся к ним, затем вернулся к разговору с Саймоном и священником.

— Между нами говоря, что вообще творится в Национальной гильдии? — поинтересовалась Жюстин.

Райли застонала.

— Ловко с твоей стороны.

— Как бы то ни было, я переживаю. Требование к ловцу работать без магических сфер равносильно принуждению к самоубийству. Заставляет задуматься, что же там происходит на самом деле.

Райли оглянулась на Бека с Саймоном.

— Между нами?

— Даю слово.

Ценившееся на вес золота.

— Все началось, когда я находилась в Эдинбурге…

Глава двадцать седьмая

Жюстин ушла вскоре после того, как Райли окончила рассказ. Похоже, она подкинула журналистке пищу для размышлений. Отец Вонн, благословив семью, тоже уехал.

Саймон предупредил Джиллов, чтобы те не заходили в дом, пока тушу демона не увезут специальные рабочие Ватикана, а отец Вонн не благословит здание.