– С доверием трудности. Да, Наташа? Он мой человек. А о своих людях я знаю все. У Раяна есть любимая девушка, он связан словом, и я не ожидал, что он решится компрометировать вас, даже по вашей просьбе.

– Он не…

– Он обнимал вас прилюдно.

– Это дружеское объятие, оно ничего не значит.

– Тогда зачем вы говорите мне неправду? Зачем вы разыграли там этот спектакль?

– Защищала себя… и вас…

– Я уже понял. Вы знаете, не так ли? Знаете, как я расплачиваюсь за процветание моей страны? У Марашки слишком длинный язык. Вы осуждаете меня?

– Это не мое дело.

– Вы стали бы делать то, что вынужден делать я?

– Нет.

– Ну, вот вы и высказали свое мнение. Вы осуждаете меня.

Меня уже давно напрягал этот разговор. Он хочет правду – скажу правду. Может, уйдет, наконец.

– Нет, я понимаю вас.

– И что же вы поняли?

– Что устоять перед такой красотой невозможно, что ваши слова о принуждении – притворство. Если мужчина не хочет, у него, простите за откровенность, просто не встанет. Так что не нужно строить из себя жертву. Вам сейчас завидуют все мужики герцогства. Вы еще ездить к ней будете, когда у меня что-то станет получаться. Вы привыкли вести свободный образ жизни. Вас не останавливает то, что у вас есть невеста. Не остановит и наличие жены в будущем.

– Вы абсолютно несведущи в мужской природе. И вы же не думаете, что желание обладать красивой женщиной может заставить забыть свою гордость, свои принципы, жертвовать честью, наконец?

– Если все по обоюдному согласию, то вы ничем не жертвовали. Но простите, возможно, у вас, действительно не было выхода. Извините меня. Я не должна была говорить этого, – пошла я на попятную – не хотелось сейчас даже намека на конфликт. И я действительно могла ошибаться.

– Да нет, почему же – очень полезный разговор. Какая уж тут дружба, если вы меня презираете, – почти шепотом прозвучало с кровати. А я, вдруг, наоборот – почувствовала раздражение.

– Ой, опять вы пострадали, опять жертва. Чего вы добивались, начиная этот разговор? Что я вас пожалею?

– Мне нужно было знать, как вы ко мне относитесь и есть ли у меня шанс…

– Нет у вас шанса! В любовницы я не пойду, – отрезала я.

– А я вам и не предлагал стать моей любовницей.

– Так теперь, я надеюсь, и не предложите, потому, что знаете – я не соглашусь. Мне спокойнее будет жить тут, зная, что меня не планируют добавить к богатой коллекции черненьких, рыженьких и беленьких. А то, знаете ли, все с оглядкой, будучи наслышана о вашем темпераменте, - я уже язвительно шипела.

– Я ее убью, – герцог нависал над моим креслом, сорвавшись с кровати.

– Кого?

– Няню. Думаете, я не знаю, чьих это рук дело?

– А что она такого сказала, что ее убивать? Подумаешь - у вас невеста и куча любовниц. А, главное, в этом нет ничего такого. Обычное дело для мужика. Чего вы кипятитесь? Потому, что я узнала? Я никому не скажу, да все и так знают. Что случилось то?

– Вы мне не безразличны и…

– Лучше было бы, чтобы я не знала, что у вас куча любовниц. Я поняла. Вам не пора уже уходить?

– Я не хочу уходить.

– Ну, спите тут. Я скажу, чтобы Яшка разбудила вас на рассвете. Оно и правда - пока доберетесь до гостиницы, ночь закончится.

– Вы беспокоитесь обо мне?

– Слушайте, ваше сиятельство,…

– Скажите Зодар, пожалуйста.

– Зодар пожалуйста.

– Как скажете, все, что хотите, – и меня выдернули из кресла, прижав к себе, крепко удерживая. Он наклонялся, дыша медленно и неспокойно. Руки на моей спине подрагивали. Губы почти коснулись моих…

– Вы же все портите! Я не прощу, вы что - не понимаете этого?
– отмерла и забилась я, пытаясь отвернуться.

– Я сказал, что принуждать не буду, - глухо выдохнул мужчина.

– А что вы сейчас…

– Вы сами попросили, – и пошел из комнаты, опустив меня обратно в кресло.

Я сидела, отходя от пережитого. Сердце стучало в горле. Внезапно дверь опять распахнулась, герцог быстро подошел ко мне сзади и, наклонившись, прошептал на ухо: - Я уезжаю завтра и не могу уйти, не сделав того, о чем мечтал больше недели. Сидите тихо.

 Я замерла, сжавшись в кресле, втянув голову в плечи. А он медленно расплетал мне косу, раскладывая пряди по спинке кресла, взвешивая в руке, вздыхая и сопя. Наконец, провел рукой по моей голове: - Видите – ничего страшного. Ложитесь спать. Поздно уже. За меня не беспокойтесь, переночую у Раяна.

 Я в этот раз промолчала, боясь опять зацепиться языком. Он же только и ждет.

Дверь закрылась. Я быстро заперла ее на засов. Придется открывать утром Яшке. Зато смогу уснуть.

ГЛАВА 7