Ко мне кто-то подошел. Сел рядом. Глянула – герцог. Он молча показал мне свою ладонь в крови.

– Это было на седле. Что у вас под юбкой?

– Короткое белье.

– Насколько короткое?

Я чиркнула рукой по месту края трусиков. Герцог зло зашипел.

– Покажите, где я могу смыть кровь. Потом попробую восстановить кожу, - примирительно заговорила я.

Меня подхватили на руки. Мужик тащил меня в лес вдоль ручья, около которого устроили привал. Когда нас не стало видно за кустами, остановился, опустив меня на траву. Бедра разлепились, и у меня вырвался стон. Мне вторил злой стон начальства.

– Не злитесь. Очень больно, невозможно сдержаться.

– Я не на вас злюсь. Марашка видела ваше исподнее?

– Видела.

– Заходите в ручей. Я принесу попону. Попробуйте лечиться. Позже будет еда. Я ушел.

Я подождала, пока он скроется из виду и, отвернувшись и раскорячившись, заглянула под юбку. Лучше бы не смотрела... Как я ехала последнее время? Сжав зубы и терпя изо всех сил, не желая стать посмешищем уже за дело и уронить себя в чужих глазах – вот как. Доброго отношения к себе я не видела, а давать повод для очередных усмешек не хотела. Холодная вода обожгла огнем. Я закричала от боли и, оступившись, села в ручей прямо в юбке. Сидела и плакала. Послышался топот, и я заорала сквозь слезы: - Вон! Уйдите отсюда! Справлюсь сама.

Из-за кустов никого не появилось. Тихий разговор отдалялся. Задрав юбку, стала на колени в воде, давая ей омывать бедра. Постепенно ледяная вода подействовала, как обезболивание. Стояла, пока не перестала чувствовать ноги от холода. На берегу развернула попону, которую перед этим швырнули из-за кустов. Сняла и выкрутила верхнюю и нижнюю юбки. Прилегла и сосредоточилась на болевых ощущениях. Представляла, как боль уходит, и какая кожа там чистая и здоровая, плотная и гладкая. Отвлекалась от исчезающей боли, прислушиваясь к звукам на поляне. Оттуда тянуло дымком и запахом мяса, подгорающего на огне. Вкусно... Рот наполнился слюной. Согнув ноги в коленях и слегка раздвинув их, легла на спину и прикрылась мокрой юбкой. Закрыла глаза на минутку и поплыла.

Сколько спала – не знаю. Меня легонько трясли за плечо - герцог.

– Пора ехать, вставайте.

Вскинулась и потянула на себя… герцогский жупан? Провела рукой по внутренней стороне бедра и потрясенно протянула:

– У меня получило-ось.

– Я знаю.

– Откуда? Вы что, рассматривали?!

– Ну да! Мне же нужно было воспользоваться вашей беззащитностью. Как я мог такое упустить? – зло прошипел он сквозь зубы, – пора ехать. Тут штаны, оденьте под юбку. Она еще слегка влажная, в дороге высохнет. Поедите в пути, мы и так задержались.

– Спасибо, добрый начальник. Уйдите, пожалуйста. Я одеваться буду.

Он молча ушел на поляну. Скоро мы уже ехали дальше, а я, уцепившись одной рукой за пояс всадника, давилась всухомятку хлебом и жестким мясом, с трудом удерживая их в руке. Да что вообще происходит? Где обещанное доброе отношение? Когда в очередной раз еле подхватила мясо в воздухе, просто швырнула еду на дорогу. Не сдохну.

В город въезжали ночью. Света на улицах не было. Перед каждым всадником над землей плыл светящийся теплым светом шар, освещая каменную мостовую. Темнели высокие и низкие строения, иногда доносились запахи еды, дыма или навоза. Слышались какие-то звуки.

Я воспринимала все это заторможено, сквозь сон или полуобморочное состояние. Кожу я на этот раз не снесла, но вот боль в зафиксированных в одном непривычном положении и почти вывернутых суставах была почти невыносимой. Неприятные ощущения в спине я пыталась облегчить, распластавшись на мужчине, используя его, как разгрузку. Он понимал это и ехал, склонившись вперед, бедный. Хоть один добрый человек - думалось мне. Как его там зовут? Сквозь сон не вспоминалось ничего. Меня сняли с коня и понесли в помещение. Было темно. Головой бы не стукнул обо что-то – плыло в голове сквозь плотный туман.

Сгрузили на что-то мягкое, я сонно оглянулась – полумрак в комнате. От меня воняло потом – моим и лошадиным. Поморщилась, но мыться сил не было, не буду проситься. Меня осторожно раздевал герцог. Я была не против. Что он там не видел? Туфли, штаны, юбка, корсаж... Вынимая корсаж из-под меня, приподнял и притянул к себе, и я уткнулась носом ему почти подмышку. Он тоже пах совсем не духами. Укрыл меня одеялом. Вытащил шпильки из косы и расплел ее, опустив волосы с кровати. Дверь скрипнула, в коридоре послышались негромкие мужские голоса – герцога и охранника? Заботливый. Работодатель.

Утром проснулась очень поздно – солнце стояло высоко, почти в зените. Комната днем выглядела неплохо – большая, светлая. На стенах гобелены в цветах, гладкий ковер почти во весь пол. Ткани на окнах слишком много и в ширину, и в длину – шторы лежали волной на полу. Высокие кованые подставки под толстые желтые свечи. В углу дверь. Надеюсь, что там ванная и туалет. Встала с трудом. Суставы еще болели. Но это ничего, просто нужно расходиться. Поковыляла в угол. Да, это то, что мне нужно. Ниша, полностью занимающая дальнюю стену, огорожена бортиком наподобие маленького бассейна. Кранов нет. Воду сюда носят или как? Самой не разобраться.