— Разведка что говорит? — спросил Дрон.

— Язвят, мол, без нас ни разу с обязанностями не справлялись, — вздохнул Дюша.

— Понятно, — кивнул командир группы «Буревестник». — Значит, ничего делать не будем?

— Почему же? Мы уже сделали, предупредили, и Лев может сколько угодно хрюкать в трубки, но предупреждение, то он получил, не так ли? — совершенно серьезно спросил Дюша. — Так что тут два варианта: либо становиться мега-командирами и генералами, что ни тебя, ни меня не устраивает, либо вот так предупреждать, благо возможность есть.

— Это да, — вздохнул Дрон. — Тут вами шестерыми командуешь, и то хлопот выше крыши.

— Да ладно, шестерыми. Я тут один, остальных Лев разбросал по фронтам и задачам. Странно, как еще нас вместе отпустил?

— Может, предполагал, что вдвоем мы эффективнее будем?

— Ага, и заборем стотысячную орду, — усмехнулся сержант Мумашев. — Ох, опять Лев что-то темнит.

— Пусть темнит, лишь бы на пользу делу.

Дюша подумал, докурил сигарету и спокойно возразил.

— Не согласен. Слишком многое тогда на Льве завязано, а он ведь все-таки тоже местами человек. Ошибется, не доглядит, и последствия воспоследуют для многих тысяч людей. Правда, как это предотвратить, не становясь мега-командиром и генералом, не знаю.

— Так для этого Лев нас и натаскивает, себе на замену!

— Нет, себе на замену он готовит Асыла, а вот телодвижения в нашу сторону, тут что-то другое.

Так и не придя к единому мнению, Андреи вернулись к повседневным делам. Предстоящая атака тварей не так пугала, как необходимость участвовать в высадке и размещении огромной толпы пехоты, за которой, несомненно, придется еще и отдельно приглядывать, чтобы раньше времени в джунгли не пошли, в лапы к тварям.

Экспедиционный корпус Федерации, численностью в тридцать тысяч человек, не спеша двигался против течения Нила, на юг. Река катила свои воды на север, и веяла прохладой, что в такую летнюю жару было совсем не лишним. Разумеется, ни одна машина не смогла бы пройти пять тысяч километров вдоль реки, и поэтому люди воспользовались самой рекой, как дорогой. Говорят, у Прежних были особые животные, которые могли плавать по пустыням, но померли все в Темные года, или твари съели.

В любом случае, огромная вереница барж с людьми, припасами и снаряжением пока справлялась не хуже. В какой-то момент людям придется покинуть корабли и передвигаться пешком, таща припасы на себе, но пока что до этого не дошло. Со стороны все это выглядело одной огромной авантюрой: пуститься в такое длинное путешествие через половину Африки, которую прочно удерживают твари. Каковые регулярно прибегали в количестве, происходили стычки и сражения, гибли люди и твари, портились корабли и чинились, но корпус продолжал движение вперед.

Высокая миссия: зайти в тыл к Сверхмозгу и обрубить ему щупальца, вдохновляла солдат.

Пожалуй, только двое руководителей корпуса знали, что вся их миссия — одна большая обманка. Лев, предвидя огромное количество охраны Сверхмозга, также предвидел и то, что на выручку своему Повелителю будут сбегаться твари со всего континента. Еще и с других прибегут, если затянуть уничтожение на годик-другой, что тоже конечно неплохо, ибо ослабнет давление тварей в других областях и регионах.

Но по сравнению с уничтожением Сверхмозга — полная ерунда.

Вот и плыл экспедиционный корпус, стягивая на себя тварей, освобождая тем самым другие пути и дороги, раздергивая силы, создавая ложную угрозу. Конечно, никто не собирался приносить бессмысленных жертв, и после достижения истока Нила, озера Виктория, следовало закрепиться там, организовать лагерь и прибегнуть к тактике: «Бей, маневрируй, беги и вызывай ракетчиков». После чего, отступить обратно по реке, с неизвестным результатом, но вообще Лев рассчитывал, что к тому моменту все твари уже будут мчаться спасать Сверхмозга, и река будет более-менее чистой. В общем, туманно там все было, и Лев, проводя разговор о целях, скрывать этого не стал.

Равно, как не стал скрывать и того, что твари в такую лакомую добычу — корпус, оторванный от людей — будут вцепляться всеми лапами, клешнями и когтями. Но цель, все та же Цель: уничтожение Сверхмозга окупала все, и корпус выступил. Твари немного растерялись и не смогли оказать достойного сопротивления, а потом стало поздно. Продвигаясь в день на триста с лишним километров, корпус наглядно доказывал превосходство технических способов передвижения над биологическими. Хлипкие заслоны прорывались, пытавшиеся было нагадить сверху Птички, отстреливались еще на подлете, периодически рассылались патрули вдоль обоих берегов, и топлива на продвижение не жалели.