Поднимаясь по лестнице, Мередит услышала какой-то шорох в спальне. Она приостановилась; сердце судорожно заколотилось. Шорох повторился! Ну конечно — Ник вернулся домой! Неужто он был по-прежнему настолько разгневан, что даже не стал её будить? Мередит поднялась по ступенькам и вошла в спальню. Первым делом в глаза ей бросились открытые чемоданы на полу. Ник же, стоя перед шкафом, доставал с полки рубашки.

— Неужели ты хотел просто собрать вещи и уехать? — не выдержала Мередит. — Даже не попрощавшись?

Ник даже не повернулся к ней.

— Мне казалось, мы уже попрощались, — холодно сказал он.

— Значит ты не хочешь поговорить со мной?

— А о чем нам разговаривать? — раздраженно спросил он. — Ты уже все решила. Решение ты приняла сама. Даже не удосужившись обсудить свои планы со мной. О чем нам после этого разговаривать?

— Речь идет о моей карьере, — твердо сказала Мередит. — Поэтому и решение я принимаю сама. Мы бы ещё могли договориться, если бы ты внял голосу разума.

— Я? — резко переспросил Ник, поворачиваясь к ней. — Господи, Мередит, да о чем же нам договариваться? Что у нас осталось общего?

— Мы могли бы встречаться…

— По уик-эндам, да? — саркастически спросил он. — Ты рассуждаешь, как ребенок, Мередит. О чем тут говорить? Ты будешь жить в Нью-Йорке, а я большинство уик-эндов провожу на съемках. Когда нам встречаться?

— Ты бы мог приезжать в Нью-Йорк, — упрямо произнесла Мередит. — Одна женщина со студии может сдать мне свою пустующую квартиру. А иногда я выбиралась бы к тебе…

— Давай уж не будем прикидываться, — махнул рукой Ник. — Я люблю тебя, Мередит, но я не согласен встречаться так редко. Урывками.

Хватит с меня — я в эти игры наигрался!

Мередит вдруг показалось, что он залепил ей пощечину. Она невольно отпрянула и вжалась в стену. Ник захлопнул чемоданы и направился к двери.

— Итак, ты уезжаешь? — выдавила она. — А ведь, когда ты вернешься, меня здесь уже не будет.

Ник остановился, однако смотреть на неё не стал.

— Твое дело, — безжизненным голосом промолвил он, устремляясь к лестнице.

Мередит промолчала. Лишь вышла из спальни и проводила его взглядом. И только услышав, как хлопнула входная дверь, дала волю чувствам и разрыдалась.

— Не забывай нас, — напутствовала её Кей. Стоя в дверях кабинета Мередит, она наблюдала, как подруга складывает в картонную коробку всякие мелочи. — И заскакивай, когда будешь прилетать в Лос-Анджелес.

— Непременно, — пообещала Мередит. — Ты тоже звони, если выберешься в Нью-Йорк.

— Да, конечно. — Кей состроила забавную гримаску, но видно было, что она с трудом сдерживает слезы. — Хотя я не представляю, какие у меня могут быть там дела.

Мередит натянуто улыбнулась. Она понимала, что ей будет остро недоставать Кей.

— Может, в отпуск прилетишь?

— Да, — кивнула Кей. — Возможно.

Мередит взяла со стола обрамленную фотографию Ника и задумчиво уставилась на нее.

— Наверное, не стоит брать её с собой, — сказала она, укладывая фотографию в коробку.

— Да, трудно тебе будет, — промолвила Кей. — По крайней мере — в первое время. Только послушай старого мудрого Хатхи: время — лучший лекарь.

Мередит улыбнулась шутке.

— Вот уж никогда не думала, что все у нас так кончится, — со вздохом сказала она.

— Никто не думает, — согласилась Кей. — Нам всегда кажется, что наши мужчины всю жизнь будут рядом и никуда не денутся. Даже мой бывший благоверный — чтоб ему в брюхо осиновый кол загнали! — Она вымучила улыбку. — Впрочем к тебе это не относится — такой красавице долго скучать не дадут.

— Надеюсь, что ты права, — покачала головой Мередит. — Но взгляд её сделался задумчивым.

Отнеся последние сумки к дверям, Мередит в последний раз обвела взглядом гостиную. Вдруг она что-нибудь забыла? Ее багаж был уже заблаговременно доставлен в аэропорт. Машину она продала, а для поездки в аэропорт взяла автомобиль напрокат. Закрыла все банковские счета и оставила извещение о перемене адреса. Все — прощай Лос-Анджелес!

Мередит в последний раз посмотрела на портрет Элизабет с ребенком. Господи, до чего же она любила эту картину! Ее так и подмывало взять картину с собой, но какое-то шестое чувство подсказывало, что делать этого не следует. Хотя — почему, казалось бы? Ник подарил картину ей, и она принадлежала ей по праву. После некоторого колебания Мередит все-таки сняла картину со стены и приставила к остальным вещам. Ник не осмелится отобрать у неё свой подарок.

Мередит порылась в сумочке, разыскивая ключи. Тщательно отделила ключи Ника от связки и оставила их на столе вместе с адресованным ему конвертом. «Мой прощальный подарок», — подумала она.