Оказалось, что со сменой места работы лично для меня мало что изменилось в профессиональном плане, разве что полномочия расширились, и появилась возможность интересоваться рынком коммерческих торгов и тендерными предложениями открыто от имени фирмы, а не прикрываясь невнятными схемами, как это было в «СНиПТехПромГазе». А это позволяло действовать куда смелее и нахрапистей – здесь мы с Юркой, чувствуя за спиной мощь «ГБГ-проекта» довольно потирали руки. Отделу поступали заказы на оборудование (Гордеев обеспечивал) и наша задача (и моя в том числе) состояла в том, чтобы найти это оборудование, найти поставщиков, подготовить техническую и коммерческую документации и по возможности перехватить у конкурентов интересный тендер. Здесь «ГБГ-проект», как выяснилось, часто выступал посредником, оставляя за собой лишь наиболее выгодные предложения. И надо сказать, что нюх у шефа на эти предложения оказался исключительным.

В общем, в новую работу мы влились быстро и отдались ей с удвоенными усилиями.

В отделе работали двенадцать инженеров, не считая начальника. Групп было три, по четыре человека в каждой. Все находились в одном огромном офисе, разъединенном невысокими перегородками (где у каждого имелся отдельный стол и компьютер) и центральным проходом, который как раз вел к двери в кабинет Гордеева. Так что Димку я видела каждый день, но оставалась верна своему слово и при его появлении в рабочем офисе неизменно роняла ручку, сумку, блокнот, ныряла за монитор и делала вид, что страшно занята поисками. Сидела я за крайним столом у стены, в укромном уголке, и делать мне это было не очень трудно. Куда сложнее оказалось не опаздывать на работу.

– Лешка, Дашка, просыпайтесь сони! Господи, мы снова чуть не проспали! Вам сегодня в садик!
– Так начиналось каждое рабочее утро уже второй год подряд, так что для малышей ничего не изменилось, а вот мне теперь предстояло каждый день проехать пять лишних остановок и совершить ежедневную пробежку по центру к проходной. А это означало подъем на двадцать минут раньше обычного.

– Ну, малинки же!

Просыпались мои дети так же, как все дети на свете: сначала поднимались горкой попы, вырастали из одеяла домики, и только потом открывались глаза.

– Эй, лапусики! Если мама опоздает на работу…

– То дядя начальник, который Гусь Лапчатый, и охранник Карабас-Барабас будут ее сильно ругать! – зевала умница-дочка, и я целовала ее в щечку.

– Точно!

– Ма-ам, а ты купишь мне киндер?

– Леш, не наглей, я же тебе два дня тому назад покупала.

– Ну, ма-ам! Я хочу Марвела Джоя или зеленого р-робота! А там был дурацкий смешарик!

– Мам, а я хочу маленького Санту!

– Так у тебя же был.

– А у меня его Лешка забрал! И потерял!

– И ничего я не брал. Ябеда!

– Сам ты ябеда! Мам, а почему он обзывается?

– Нет, ты первая!

И в два голоса:

– Ма-ам!

– Ладно-ладно, куплю, только одевайтесь скорее!

О наличие у шефа забугорной невесты мы с Валечкой узнали на второй день. В «ГБГ-проекте» имелась собственная столовая и буфеты, но оказалось, что половина нашего отдела обедала в подсобке, где в свою очередь имелась своя микроволновка, электрочайник и даже чудо-техники – новенькая и жутко дорогущая кофе-машина. По слухам ее купил сам Гордеев за свои кровные и подарил отделу в общее пользование, потому что без кофе жить не мог. В общем, на столовую у нас пока денег не было и мы с Юркой и Валей быстро облюбовали подсобку. Игорь тоже обедал с нами, а вместе с ним и третья девушка в отделе – грузинка Манана Эристави, приятная черноглазая болтушка. Ну а что за обедом делать коллективу, как не сплетничать о начальстве? Вот от нее-то мы и узнали, что наш шеф считается самым завидным женихом в компании, меняет девушек как перчатки и, несмотря на наличие у него невесты «там» (на вопрос Валечки, где там, Манана ответить не смогла - слухи же!), он еще водит шашни с дочерью технического директора – красоткой Леночкой. Оказалось, что последняя работала в бухгалтерии и по признанию Мананы не проходило дня, чтобы не заглядывала в отдел к Гордееву.

– Не знаю, Машка, что-то не верю я в наличие у нашего Дмитрия Саныча невесты непонятно где, - как-то скептически хмыкнула Валечка. – Иначе зачем ему крутить лямур с дочерью технического на глазах у отца и портить себе карьеру? Наверняка это Вадим Спиридонович ему и открыл собственный отдел. Точно тебе говорю! А свою Леночку метит Гордееву в жены.

А мне-то что? Какая разница? Мне бы подарки детям под елку купить и за квартиру заплатить. Я послушала, пожала плечами, да и пошла себе к кофе-машине за порцией кофеина.

Правда вечером, когда засыпала в собственной кровати, все же представила себе невесту Гордеева. Воображение нарисовало высокую, сухопарую девицу с холодным взглядом и кислыми губами.

Глава 6

Сначала я услышала голос – высокий и тонкий, со скрытыми нотками нетерпения. Думаю, вздумай обладатель такого голоса на кого-нибудь закричать, все бы тут же от визга закрыли уши. А еще думаю, что в детстве такой голос мог принадлежать очень капризному ребенку. И если бы у меня спросили, какой я себе представляю Леночку, услышь я лишь ее голос, я бы ответила, что длинноволосой блондинкой с губами пуш-ап, голубыми глазами и 3D-ресницами.

На деле же дочь технического директора оказалась высокой коротко-стриженной брюнеткой, кареглазой, бледной и тонкой, с татуировками на шее, щиколотке и в области крестца. Нет, конечно же, когда она появилась в отделе в брючном костюме и на каблуках, мы татуировок не увидели. Но девчонки быстро нашли ее инстаграмм и показали. Ну, а я из любопытства посмотрела (ну, а что еще делать на обеде-то?) – красиво, скажу я вам. Прям, вау! Но если бы на меня в темноте с чужой худосочной попы посмотрели вот такие же дюймовые кошачьи глазки… честное слово, мне бы стало не по себе.