— Спасибо, мэм, — почтительно склонил голову Хилл. — Я буду иметь это в виду, и хотя, возможно, мы никогда не дадим тебе такое задание, но хорошо знать, что у нас есть ещё одна Лорелея по требованию, если нам понадобится.

— Помните, что я говорил раньше об одном исключении из Общего приказа номер десять, когда добровольцу разрешается выпить при особых обстоятельствах? — продолжил Джексон. — Единственным исключением является женщина-доброволец в роли Лорелеи, и, может быть, когда-нибудь мужчина-доброволец в роли альфонса, если цель — женщина-федерал или кукла Барби в деловом костюме из средств массовой информации. Хотя я и не слышал, чтобы это случалось.

— Один раз случилось, — коротко вставил Хилл. — Женщина была федеральным прокурором из Сиэтла, а этим мужчиной — я. Я не мог пронести в Хилтон оружие через металлоискатель, и пришлось действовать руками. Это к тому, товарищ Риджуэй, чтобы ты знала, что я не прошу тебя делать что-нибудь, что ещё не делал я сам.

— Ну, ладно, — сказал Джексон, взглянув на Хилла со странным выражением. — Во всяком случае, многие из этих ловушек расставляются в барах, на вечеринках и подобных мероприятиях. Это помогает не только соблазнить, но и напоить объект, чтобы его восприятие притупилось. Федералы и большинство наших врагов знают о нашем правиле отказа от выпивки, и если женщина не пьёт алкоголь, это может насторожить объект. То есть ты можешь выпить несколько рюмок, если до этого вообще дойдёт, но должна будешь напоить твой объект как можно сильнее, и одновременно сама остаться по возможности трезвой. А когда ты увидишь, что подвергаешься такой же опасности, что и любой повстанец на боевом задании, это разрешение будет не слишком похоже на исключение из правил.

— Уэйд говорил, что у вас в школе, ребята, теперь родительский комендантский час с 9:00 вечера? — спросил Бреслер.

— Да, сэр, — подтвердил Эрик. — Не то, чтобы наши родители не доверяли нам, но они просто боятся за нас из-за всего этого ужасного расистского насилия, творящегося по всему городу. Они боятся, что мы можем попасть в беду.

Аннет хихикнула.

— Хорошо, сейчас восемь, так что вам лучше бежать стремглав. Помните, что я сказал о длинном пути обратно и проверке слежки.

Бреслер поднялся и пожал руки обоим.

— На случай, если мы не встретимся снова, товарищи, добро пожаловать в дикий и удивительный мир внутреннего терроризма. Благодаря тому, что вы сделаете сейчас в тени и мраке, ваши дети когда-нибудь войдут в мир света.

— Я прослежу, чтобы они вернулись к своей машине в порядке, — сказал Джексон.

После того, как трое уехали, Бреслер сел на диван.

— Спасибо за присутствие, Уэйн, но я понимаю, что ты не пришёл бы сегодня вечером только для того, чтобы проверить пару славных ребят. Я или Билли справились бы.

— Я знаю, — вздохнул Хилл. — Мне нужно было поговорить с тобой наедине, Гэри, и это совершенно секретно. Квартиру прозванивали?

— Я прозвонил её сам, как раз перед тем, как появились ребята, — подтвердил Бреслер. — В квартире нет электроники с посторонними токами. Я отключил телевизор, и он ничего не излучает. Думаю, место чистое. Положишься на меня или хочешь проверить всё снова?

Хилл понимал, что Бреслер не хотел его задеть, да он и не обижался. Разведчик из Третьего отдела не мог доверять никому, и все знали, почему так, и воспринимали как должное. Он не принял предложение Бреслера сделать повторное электронное сканирование квартиры.

— У нас проблема, Гэри.

— Мрачно звучит, — заметил Бреслер.

— Так и есть, — глубоко вздохнул Хилл. — Гэри, я думаю, что в Первой портлендской бригаде есть стукач. Скорее всего, в твоём батальоне.

Бреслер глубоко вздохнул, а потом закрыл лицо руками.

— О, Боже! — простонал он. — Я знаю, это звучит жалко, но ты уверен, Уэйн?

— Ты знаешь, я никогда не заявлю подобное, если не убеждён, что это правда, Гэри, — сочувственно ответил Хилл. — Мы пройдём по всему, что у меня есть, вместе с тобой. Если ты заметишь, что я что-то упустил, и сможешь объяснить некоторые из событий, то я весь внимание.

— Ты же знаешь, что я буду биться, как сам дьявол, за своих людей и докажу, что ты ошибаешься? — спросил Бреслер.

— Я не ожидаю ничего другого ни от тебя, Гэри, как и ни от одного из твоих добровольцев. И надеюсь, ты в самом деле сможешь доказать, что я неправ. Никто не будет счастливее меня, если это окажется возможным. Но я так не думаю.

— Первый вопрос. С кем ещё ты говорил об этом? — спросил начштаба.

— С моим собственным боссом в Третьем отделе, Мэттом Редмондом. Командиром Койлом. Теперь с тобой.

— А с Бадом Лолором? — спросил Бреслер.

— Нет. Капитан Лолор замешан, — мрачно ответил Хилл.

— Боже милостивый! — изумлённо воскликнул Бреслер. — Ты думаешь, что командир батальона может быть предателем?

— Нет, по правде говоря. Думаю, что это кто-то пониже, но я просто сказал, что Лолор замешан, так что пока мы не исключим его окончательно, Бада нельзя привлекать к расследованию.