— Я понимаю это, — бесстрастно произнесла Эрика. — Знаете, парни, это прозвучит очень странно, и мне меньше всего хочется, чтобы вы решили, что я немного с приветом и склонна к самоубийству. Я — не псих. Но мне всё видится примерно так: я во многом несу ответственность за то, что произойдёт со всеми этими людьми в этот вечер. Я поступаю так, потому что всей душой чувствую, что это справедливо, но а если я ошибаюсь? Я должна принять на себя ответственность за это решение и ответить за последствия. Это означает, что я должна бросить мое имя в колесо смерти Мрачного Жнеца [57] вместе с их и вашими именами и рискнуть, по крайней мере, так же как и вы.

Мне самой удивительно сознавать, что я способна на убийство, но мне действительно будет трудно прятаться в номере отеля, в то время как вы рискуете всем, и стоять в стороне, когда происходит то, чему я помогала. Можно сказать, что так я прошу Бога прямо дать мне понять, права я или нет. Чейз не хотел быть там, где он оказался, и он не заслужил того, что с ним случилось, но ему страшно не повезло. Я ставлю себя в его положение по собственному выбору, потому что в любом случае, в вечер Оскара счета должны быть подведены. Боже, вы, наверное, думаете, что я потеряла голову! — вздохнула она.

— Нет, — покачал головой Рандалл. — В этом есть смысл, это достойно и благородно. Только не очень разумно. Знаешь, Эрика, лучшее, что ты можешь сделать для Чейза и для себя, это стать хорошим солдатом, и после того, как война закончится, построить Республику для нашего народа, которая будет нашим домом и защитой от грязи, против которой мы выступим через пару ночей. Хороший солдат храбр, но не безрассуден и не глуп. Я думаю, что здесь ты переходишь эту грань.

— Если федералы начнут к ней принюхиваться, это будет идеальным прикрытием, — неохотно признал Брюер. — По крайней мере, все бы точно знали, где она была и что делала, когда начался ад кромешный.

— У церемонии вручения премий более жёсткое расписание, чем у любой железной дороги, — тихо сказала Эрика.

— Начало церемонии в 17:30, а вручение премии «За лучший сценарий» запланировано между 18:48 и 18:53. Пусть ваши люди будут на местах в 18:48 и спустят курки, и давайте надеяться, что эти два пидора не решат прийти в женском платье, чтобы вы могли хотя бы приказать стрелкам не стрелять ни в кого сцене, кто одет в вечернее платье.

— Выдержит ли она? — спросил Хилл, когда они отъехали от дома Эрики Коллингвуд.

— Если у тебя есть хоть какие-то сомнения, Барри, сейчас самое время их обсудить.

— Я тоже так думаю, — сказал Брюер. — В любом случае, она — наша единственная надежда на решение нашего задания изнутри. Я могу кое-что сделать сам, но ты должен понимать, что я — мелкий игрок в киноиндустрии. Мои клиенты в основном играют эпизодические роли в мыльных операх и комедийных телесериалах, и по голливудской шкале Рихтера моё влияние едва заметно. Я наверно смогу достать эту важную карточку-ключ к потайной двери, если нужно. Достаточная сумма кому-нибудь из персонала «Ройяла» должна помочь. Но когда потом начнётся следствие, моё присутствие бросится в глаза любому, знакомому со здешней иерархией, как корова в церкви, и можешь не сомневаться, что ФБР и полиция Лос-Анджелеса дадут этому делу в суде полный ход. При этом я не смогу провести в отель семь человек с оружием и спрятать их на несколько часов, пока не наступит время действовать. Мы должны принять помощь Эрики.

— Пока мы не заметим каких-нибудь признаков противного, будем считать, что Эрика выполнит свою часть работы, — деловито решил Рандалл. — Мы также должны уточнить детали скрытного перемещения нашей группы из её номера в отеле на огневые позиции. Мне беспокоят все эти видеокамеры слежения в «Кодаке», так как надо полагать, что все мониторы в аппаратной охраны будут задействованы, и в ходе церемонии множество операторов будут отслеживать всё, что происходит в каждом из коридоров и на общедоступной территории.

Как ты говорил, наиболее вероятно, что мы будем не единственными, кто попытается ночью проникнуть в театр и сорвать церемонию вручения Оскаров. Нам нужно найти способ вывести из строя систему видеокамер хотя бы на одну-две минуты, пока наши люди войдут в здание, пробьются к этим проекционным будкам, проникнут внутрь и возьмут под прицел всю площадь обстрела. Нам не нужно, чтобы стрельба началась преждевременно, раньше, чем избранные окажутся на мушке.

— Я поручил добровольцу Келлерману поработать с информацией по пульту охраны и проводке в аппаратной, которую мы смогли получить, но он ещё ничего не придумал, — сказал Хилл.

— Смотреть планы этажей и схемы очень даже хорошо, но я сам должен увидеть, где планируется провести атаку, — решительно сказал Рандалл. — Другого выхода нет. Придётся пойти в этот театр ночью и побродить по нему. Желательно перед рассветом, когда там никого нет. Думаю, Кошкин Глаз тоже должен пойти со мной, чтобы осмотреть огневые позиции и зону поражения. Тот паршивый тур с экскурсоводом, который дирекция театра организует для туристов, этого не позволил. И мне нужно встретиться с тем охранником из «Центуриона», который собирается быть нашим человеком внутри, чтобы, по крайней мере, один из нас, из тех, кто будет там вечером, знал, кто это, и как он выглядит, а мы сможем разобраться с тем, что он будет делать вечером, и не подстрелим своего. Ты должен устроить это для меня, Рип. Мы можем войти под видом ремонтников или бригады уборщиков и т. п.