– А хочешь, я тебя удивлю?

Света перестала жевать.

– Мне нравится Дима.

– О как! А он знает?

– Пока нет, – Лола, чертовски довольная произведённым эффектом, продолжила есть. – Но скоро он будет со мной.

Света озадаченно осмотрела коллегу. Не рехнулась ли? Лола и Дима! Она себя в зеркало видела? Ни вкуса, ни ухоженности… Вслух усомнилась:

– А ты уверена, что ему это надо?

– Уверена. Просто он меня ещё не знает.

– Лол, – Света, пряча желание поглумиться над новенькой, почти искренне улыбнулась, – вообще-то, Диму сложно чем-то удивить. Что ты ему предложишь?

– Себя.

– Хм, – Света не нашла, что ответить на такую самоуверенность. Ещё раз оценила новую подружку. Может… она чего-то о ней не знает?

– Только не говори никому, – строго предупредила Лола, смачно обгладывая куриную косточку. – Ладно?

– Да ладно, не скажу, – заверила Света, уже предвкушая завтрашнюю тему дня.

***

Костя брёл к офису по хрустящему снегу. Нет: волочил ноги. Холодно. Темно. Скучно.

Устал.

Вот какая-то «Нива». Белая. Кто придумал такую покраску? Кастрюля. Из советских времён. Белая эмалированная кастрюля. У мамы на кухне была. И мужик рядом с «Нивой». Угловатый, бородатый. Шапка торчит на макушке, пуховик похож на фуфайку. Тоже из СССР. Валенок не хватает с калошами. Копается в салоне. Жалко его. Да что ж за сентиментальное настроение?

– Помочь? – спросил Костя.

– Не-не-не! – замахал руками мужик. – Нормально всё.

– Точно?

– Ага.

Костя ещё раз оглянулся. Бедность. Грустное состояние!

В офисе трудились самые стойкие. Лола, например. Окинул её взглядом. Оранжевые волосы торчат на затылке. Кто придумал такую стрижку? Это не работа, а панк-клуб какой-то. Баба лет пятидесяти с ирокезом на затылке. На голове креатив, а на ногах – совковые шлёпки. Белые. Костя на секунду запнулся: да ей, вроде, не пятьдесят… А сколько? Что там обсуждали-то местные сплетницы?

Гадая над возрастом нового менеджера, Костя вошёл в кабинет. Бросил куртку на свободный стул, включил ноутбук… Сел в кресло и замучено взъерошил отросшие волосы.

Нет настроения. Депресняк. Что вдруг?

Вернулся на денежную работу в должности коммерческого директора. С Димой мир-жвачка. Коллеги отличные. Что не так?

Может, это зима? Уж очень холодная. Снега намело вон сколько. И весь январь город был в депрессии из-за двойного теракта. До сих пор неуютно в людные места заходить. Переселиться за Волгу, что ли? Сколько сейчас стоит участок?

Прикинул сумму, сроки строительства… Потянет ли? Если с Наташей – вполне возможно. Надо обрисовать ей такую идею. И будут они счастливы подальше от толпы и негатива в коттедже на берегу реки.

***

Анатолий стряхнул горящие угольки с сигареты в чашу девушки-пепельницы. Едкий дым повис над столом.

– Эх, Петрович! Эт самое… Одинокий я старик.

– А скок те лет-то, дед? – спросил лысоватый товарищ.

– Сорок девять.

– Га-га-га!

Оба громко заржали.

– Толь, может, познакомить тебя с кем?

– Можешь, чё ли?

– Могу. У меня вон шпионка есть.

Мужики снова загоготали. Анатолий ехидно прищурился:

– А энто, недурно, кстати. Есть там кто помоложе?

Петрович пролистал номера в телефоне. Приложил его к уху обратной стороной. Анатолий озадаченно скривил рот.

– Не попутал ничё?

– Так лучше слышно, – пояснил Петрович. И сменил тон на командирский: – Алё! Всё нормально? Нормально всё, говорю? Алё! У меня вопрос очень важный. Личный. Личный, поняла? Алё! Девки у вас там хорошие есть?… Друга познакомить хочу. Только нормальные девки, поняла?… Ну ты это, напиши, как всегда. С фотокарточками. Га-га! А мы сами выберем. Сами выберем, говорю! Поняла? Всё, добро, – лысоватый нажал на кнопку и ухмыльнулся. – Найдём мы тебе невесту, Толь. Не переживай.

***

Архитектор Миша нервно бросил ключи от машины на стол. Выдохнул:

– Ненавижу баб за рулём!

Все повернулись в его сторону. На голове – вздыбленные клочья волос, щёки – красные. Пуховик кинул, сумку уронил.

– Что случилось-то? – в предвкушении скандала спросила белокурая Света.

– Кто тебя обидел? – размешивая сахар в кофе, полюбопытствовала коллега по проектам Ира.

– Да одна овца на «Рэндже». Начала мне сигналить и орать. Не видит, что я налево поворачиваю? Я ж не просто так стою!

– Симпатичная? – подыграла Света.

– Да какая разница? – Миша с третьей попытки подцепил упавшую на пол сумку. – Если на дорогой машине – можно хамить?

– Ей папа машину купил, – подала голос Лола. – Или папик.

Все начали спорить, стараясь перекричать друг друга, и никто никого не слушал.

Из бухгалтерии вышла Настя. Недовольно поморщилась. Хотела что-то спросить, но, поняв, что попала в эпицентр эмоциональной бури, уже не рискнула.

На мгновение все с осуждением повернулись в её сторону. Правильная до оскомины. Деловой костюм с белой блузой, юбка до середины колена, туфли на каблуках, идеально уложенное каре с чёлкой…