Ягодицы обожгло кипятком. Кровь хлынула к лицу, когда я поняла, что подол моего платья задрался, оголяя бёдра, а этот вонючий урод успел рассмотреть то, что находилось у меня под юбкой. Страшно даже представить, что они со мной делали, когда я находилась без сознания.

Когда я упала на пол – меня замутило, а желудок скрутило морским узлом. Отвернувшись, вырвала. А затем вдруг почувствовала сильную хватку в области затылка.

Грязный подонок, до рези в корнях, больно схватил меня за волосы и грубо встряхнул, используя локоны в качестве поводка, обращаясь со мной как беспризорной с дворнягой.

От бандита пахло потом, протухшей рыбой и морем.

От всей этой смеси рвотных ароматов мне захотелось просто задохнуться.

– Ну привет, конфетка! – зашипело это неотесанное, лишённое сердца создание у самого моего уха, глубоко втянув ноздрями запах юного тела, – Как же сладко ты пахнешь…

– Эй, ты, Чикатило, бл*ть! А ну отошёл от девки! – позади раздался знакомый голос, принадлежащий Григорию, который, вероятно, руководил всей этой бесчеловечной бесовщиной.

В этот раз господин-бизнесмен не отличался хладнокровной сдержанностью, или вежливостью, как тогда на территории приюта. Ибо матерился мужчина похлеще вокзальных бомжей.

Я до сих пор не понимала, где нахожусь и что эти нелюди собираются со мной делать. Слёзы слепили глаза, а сердце в груди разрывалось на части. От страха, от бессилия, от собственной немощной слабости.

«Чикатило» ослабил хватку. Снова плашмя плюхнулась на палубу, попыталась отползти в сторону, но тело настолько ослабло, что я и на сантиметр с места не сдвинулась. Конечности затекли, а руки были намертво связаны колючей верёвкой.

Кто знает сколько часов нас везли в машине?

Сутки, как минимум.

Желудок утробно урчал от голода, мышцы пульсировали в болезненных судорогах, а в висках стреляли автоматные очереди.

Несмотря на это, есть мне, конечно же, не хотелось. Тошнило, рвало выкручивало на изнанку. От стресса и от этого дурацкого яда, которым надышалась перед тем, как лишиться чувств.

– Чебурекнешь её и меньше бабла срубим, если не целкой на торги доставим. Так что давай без фанатизма, дружок! Помацал, вздрочнул и свободен, придурок. – Григорий превратился в настоящее бродячее быдло. – А лучше вообще не трогай! Шлюху вон портовую себе найди, больше толку будет. Сделает всё как надо!

– Нееет, портовые меня больше не возбуждают. Эту хочу! Сладенькую! Темноволосую! На нее так елдак стоит, что ох*еть можно. У меня уже яйца дымятся от перенапряжения.

– Извращенец конченный!

– Сладкая очень девочка. Миленькая. И кричать не будет, если по самые яйца драть. Удачная покупка, братиш. Повезёт кому-то! – насквозь обжег моё распластанное на полу тело ядовитым взглядом, – Если бы все бабы были такими… Эмм. Молчаливыми. Человечество уже давно бы побывало на всех планетах нашей необъятной Галактике.

– Не только на планетах. Ещё и в прошлом!

– Ах-ха-ха! Язык подрезал – вот тебе идеальная баба.

– Ладно, хватит лясы точить, давай побыстрей. – Строго отчеканил Григорий. – Через двадцать минут отчаливаем. Шлюхи должны быть надёжно связаны и наглухо замурованы по ящикам.

– Да я за три минуты отстреляюсь! С такой-то крошечкой…

– Ну я тебя в общем предупредил. Порвёшь её – и тогда я тебя порву.

– Батюшки! Какие мы грозные! – надменно расхохотался, – Ну просто обосраться от страха! Угрожаешь мне, сосунок? Я в море тридцатник отпахал, плюс ещё десяток на зоне. Так тебя отделаю, что мать родная не узнает! – здоровяк, который тащил меня на плече, угрожающе рыкнул, скрестил руки на объемной груди, и, прочистив горло, отвратительно отрыгнул, на пол схаркнув мокроту.

Зря он это сказал!

В ответ послышалось лёгкое шуршание, а затем щелчок. Меня панически передёрнуло, когда я увидела, как Григорий приставил к виску «Чикатилы» пистолет.

Боже!!!

Это в-ведь оружие!

Настоящее?

Кажется, я попала в лапы самым настоящим бандитам-головорезам!

Жанна Михайловна, где же вы? Спасите! Умоляю!

Как же так вышло? Неужели вы не знали каким мерзавцам передали собственную воспитанницу?!

– Хэй, хэй, мужик! Спокуха! Ладно, чё уж там! Базар окончен. Пушечку-то убери. Признаю вину, погорячился! Был не прав. Но клянусь, с девкой всё будет в полном порядке. Я только передёрну разок на её маленькую попку и всё. Ну мне правда очень надо! Нормальных тёлок уже с месяц как не видал. А эта, хоть на нервы не будет действовать своими воплями.

– У тебя ровно пять минут. Если через это время не увижу товар в контейнере – твои дружки будут соскребать твои мозги с палубы, а твои отстреленные причиндалы отправятся на корм акулам. Уяснил?

– Окей. Уяснил, уяснил. Не тупой, мля.

Григорий спрятал пистолет за пазуху, привычным действием одернул подол пиджака, щепетильно расправив невидимые вмятины на ткани.

– Распишись! Это для Башкирова. Контракт на шестнадцать душ. Членом за каждую отвечаешь. Особенно за немую! – протянул собеседнику какую-то кожаную папку.