— Видимо, нет.

— Очень даже ожидаемо, — сухо сказал полковник Файрсвифт.

Таймер Нериссы снова сработал. В этот раз мелодия была оперной, а не джазовой.

— У тебя тост приготовился, — сообщила я ей.

— Нет, это результаты по совместимости с группой ангельской магии. Они только что поступили.

— Дай-ка угадаю. Моя магия не совместима с магией всех ангелов.

Нерисса подняла взгляд от экрана и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— Вообще-то, Леда, согласно этим результатам, ты совместима со всеми ними. Со всеми ангелами без исключения.

— С каждым ангелом в Легионе? — в шоке переспросила я. — Моя магия совместима с каждым ангелом в Легионе?

— По крайней мере, с каждым ангелом, который на данный момент прислал образец магии, — сказала Нерисса.

Магия недолго сохраняла свежесть, так что для тестирования на магическую совместимость требовался новый образец.

— Это поистине изумительно. Должно быть, ангельская магия достаточно сильна, и твоя магия её не поглощает. Она сливается с ней в идеальной гармонии — ну, по крайней мере, в той или иной степени, — Нерисса пробежалась взглядом по экрану. — Твоя магия — как блендер. Хамелеон. Это просто… потрясающе.

— Ты опять это делаешь, Нерисса, — сказала я ей. — Ты говоришь со мной, но на самом деле не говоришь со мной.

— Прости, — она повернула ко мне монитор. — Посмотри на результаты тестов. Твоя магия кажется какой-то универсальной смесью, которая сочетается со всем, что достаточно сильно, адаптируется, чтобы дополнить образец магии другого ангела. Я никогда ничего подобного не видела. Я даже не слышала о таком.

Должно быть, так работает моя сбалансированная светлая и тёмная магия. Она неплохо адаптируется.

— Твоя магия универсально совместима, но с некоторыми образцами она сливается лучше, чем с другими, — сказала Нерисса. — Твоя совместимость с другими ангелами, похоже, зависит от магического спектра твоих способностей, а именно от того, какие способности у тебя выражены ярче. Твоя магия сирены и вампира намного опережает всё остальное.

Из-за того, кем являются мои родители.

— Но ты посмотри на свою магию телепатии! — она показала на график, выведенный на её экране. — Ты ещё даже не принимала Нектар для этой способности, но посмотри, как она сильна. Она почти достигла уровня твоих слабых талантов, которые уже активированы Нектаром.

Что ж, это объясняло, как я обычно могла блокировать людей и не давать им читать мои мысли, но это не говорило мне, почему моя телепатическая магия изначально так сильна.

— Должно быть, в твоей родословной есть призрак, — сказала Нерисса.

Нет, не призрак. Божество. Моя магия сирены сильна из-за моего отца Фариса, Бога Сирен. Моя вампирская магия сильна из-за моей матери Грейс, Демона Темных Вампиров.

Но ни боги, ни демоны не обладали могущественной телепатической магией. Она не входила в число их естественных сил. Они приобрели эту способность в более поздний период своей магической истории. Так почему эта сила мощно выражена у меня? И почему она никогда не проявлялась до тех пор, пока я не вступила в Легион? Моя магия сирены и вампира проявлялась — пусть и в странной манере.

До моих дней в Легионе блеск и свечение моих волос зачаровывало вампиров, наполняя их неудержимым желанием пожевать мне шейку. В настоящие дни мои волосы реагировали на моё настроение и магию, меняя цвет. Как и мои новообретённые крылья. Волосы-хамелеоны. Крылья-хамелеоны. Магия-хамелеон — так выразилась Нерисса. Всё это связано. Мои волосы, крылья и магия. Причина, по которой они меняли цвет, и причина, по которой моя магия совместима с магией любого другого ангела.

Что касается моей телепатической магией… ну, до сих пор она проявлялась лишь в моей способности маскировать свои мысли от телепатов. Я думала, что это упрямство чистой воды — а также отчаяние с моей стороны. У меня много секретов, которые надо скрывать. Но что, если здесь что-то большее?

Нерисса перевела взгляд с экрана на полковника Файрсвифта.

— Вы совместимы с ней.

Полное отвращения выражение лица полковника Файрсвифта вторило моему собственному.

— Но твоя совместимость с ней выше, — сказала Нерисса Харкеру. — Девяносто процентов. Неплохо. Знаете, что это значит?

— Что Неро меня убьёт, — угрюмо буркнул Харкер.

— Это значит, что если мы сумеем выяснить, почему Леда совместима со столькими ангелами, это полностью изменит Легион Ангелов, — всё лицо Нериссы осветилось восхищением. — Можем, мы узнаем, как делать ангелов более совместимыми с другими ангелами.

Ого. За последние несколько минут я радикально изменила Легион.

— У тебя есть магический образец от Неро? — спросила я у Нериссы.

— Нет, Первый Ангел не сумела связаться с генералом Уиндстрайкером.

Последнее сообщение от Неро я получила два дня назад, когда он находился на равнинах монстров и вот-вот должен был подобраться к разводчику монстров — о существовании такой профессии я и не догадывалась. С тех пор от него ничего не было слышно. То место славилось плохой связью. Возможно, он даже не знает, что сейчас происходит в Легионе и со мной.