Мужчина выглядел взволнованным, его глаза блестели, а движения были стремительны. Он буквально подлетел ко мне, успев остановиться в шаге. На секунду мне показалось, что он сожмет меня в объятьях, отчего сердце опять забилось сильнее.

— Марь–а–на, — протянул по слогам Ирвиш, и у меня засосало под ложечкой — вспомнилось наше знакомство в шатре. Как же все хорошо начиналось! Как же мне хотелось вернуться в то время, когда еще не было предательства, измен, чужих людей между нами!

— Привет, Ирвиш. Вождь говорил, что ты пробудешь у эльфов дольше. Что–то случилось?

— Да, но это сейчас неважно.

— Нет?

Как это неважно? Ничего не понимаю. Ирв взял мои руки в свои.

— Замерзла совсем.

Магия теплой волной заскользила по коже, даря не просто тепло, а нечто большее. То, чего я так давно не чувствовала. Теплая замурчательная грелочка, которой я была так рада. Она скользила по всему телу, согревая каждую клеточку, а я не сопротивлялась, наоборот, отдалась этой стихии.

Мы стояли вдвоем и смотрели друг другу в глаза. Часть меня пыталась припомнить все грехи мужчины, а вторая молила не думать, не вспоминать! Просто уткнуться носом в широкую грудь орка, вдохнуть его запах, ощутить его руки на своем теле и позволить себе просто любить, отдаться этому чувству.

Губы Ирвиша приближались к моим.

— Я люблю тебя. Ты моя, — прошептал орк мне в лицо и впился в мои губы своими. Поцелуй был жадным, сумасшедшим. Я и не знала, что Ирвиш может оказать такой напор. Язык мужчины терзал мой, широкие ладони водили по спине. Жар пылал между нами, вокруг нас, везде, словно сейчас лето, а не поздняя осень. Я позабыла о холоде, его просто не существовало. Ничего не существовало, только Ирвиш и я. Весь мир исчез.

— Марьана, я буду за тебя сражаться! За нас!

— Почему?

Что такого произошло с нашей последней встречи? Его волнение, порывистость решений сбивали с толку. Ирвиш находился в состоянии некой эйфории. Мне было важно понять его, узнать настоящего, а не выдуманного.

— Я люблю тебя. — Его пальцы бережно пробежались по щеке, очерчивая ее. — Я дышу тобой. Думал, что ради тебя самой смогу отпустить, что брат даст тебе больше. Надеялся, что смогу довольствоваться дружбой, родственной связью, но не смог.

Это признание давалось орку с трудом, было видно, что он искренен. Он же обнажал передо мной свои страхи! Показывал всего себя без прикрас. Осознание этого факта вызвало во мне целую бурю эмоций.

— Когда увидел тебя в объятьях Арвинга, чуть с ума не сошел, еле сдержался, чтобы не убить его.

Его рука на миг сжалась в кулак. О боже, он не преувеличивал! Ирвиш действительно бросился бы на Арвинга и дрался бы до последнего. Сейчас я видела это в его глазах, передо мной, словно слайды, так явно стояли сцены этого боя, что горло стянуло от ужаса.

— Я понимаю, что мне нет прощения, но ты должна знать: все, что было после нападения орков, сплошной обман.

Ирв сжал мои плечи, заглядывая в лицо. Его глаза молили меня поверить и простить. Он оправдывал свою жестокость ко мне любовью. Дико для моего мира, но так ли это для орков? Защитить любимых любой ценой — не традиция, а инстинкт. Так же поступила Мальвани. Она защитила Корса от своей любви. Ушла из его жизни, чтобы дать ему свободу. Пожертвовала своим счастьем ради его.

— Я не звал Ирльен, не был с ней близок, мои слова о кубке — ложь. Моей женой будешь ты или никто.

Я не смогла скрыть улыбку. Последнее признание мужчины согрело мое израненное сердце лучше тысячи солнц.

— А жрица любви?

Разум цеплялся за какие–то факты, хотя я уже все решила. Я уже начала свой разбег.

— Кто?

Ирвиш нахмурил брови, пытаясь понять, а я еле сдержалась, чтобы не разгладить появившуюся складочку.

— Эльфийка, которой ты отвез подарок.

Ирвиш заулыбался, в его глазах появился лукавый блеск. Мужчина понял, что я ревновала.

— Это не подарок, это плата за сведения о горных.

Орк шагнул ближе, явно собираясь повторить фокус с поцелуем. Моё сердце бежало к обрыву.

— Ей–то откуда знать?

Ирвиш усмехнулся.

— Поверь, именно там все тайны и раскрываются. Много вина, окружение прелестных девушек, одурманивающие запахи, которые расслабляют мужчин.

— Можешь не продолжать, поняла.

Я вздохнула то ли от облегчения, то ли от того, что детектив из меня никакой. Ирвиш же расценил этот вздох как–то иначе. Его веселость исчезла. Он весь напрягся и казался чересчур серьезным, своим поведением пугая меня до дрожи, но я уже оттолкнулась от земли и прыгнула в бездну, доверив вновь свое сердце орку.

— Марьана, — начал Ирвиш, проникая своим взглядом мне в душу, — я уничтожил то, что зарождалось между нами, но все равно прошу тебя дать нам шанс. Поверить мне. Я не предам. Шайнари.

Мое падение превратилось в полет.

Теперешняя его клятва была для меня дороже той, которую мы произнесли в день знакомства.

— Ты помнишь, что я сказала тебе, когда уходила? Помнишь мою клятву?

Орк кивнул, ожидая моего решения.

— Я была честна с тобой тогда, и сейчас ничего не поменялось. Я твоя жена, этого не изменит никто и никогда. Я принадлежу тебе душой и телом. Шайнари.