— И тебя оттуда выкинули — причем без шкуры, — «макнула» ее Криза, хоть и не в прямом смысле слова.

— Это все белобрысая толстая ведьма! — пробурчала царевна — ей вдруг показалось, что она снова видит разъяренную физиономию «белобрысой толстой» — да еще прямо перед собственным носом! Она испуганно моргнула… и облегченно перевела дух — показалось!

— Хватит желудок набивать — несварение будет. Ну конечно: нужное всегда в последнем горшке! Здра-а-авствуйте, Сэрвару-ямм! — удовлетворенно объявила Криза, поднимая последнюю крышку. — Вас хочет видеть Владычица!

— Вы… пришли меня ссссспасти? — раздалось из чана слабое шипение.

— А это уж как у вас с Владычицей сложится, — философски заметила Криза. — Может, спасти, а может… Берись! — хватаясь за ручку котла с рогатым слугой Табити, скомандовала она.

— Я девушка! — возмутилась царевна. — Я не могу такие тяжести таскать!

— А я кто? Я могу?

— А ты драконица!

— Только что я была человечка, — напомнила Криза. — И вот забавно — буду до самого утра! Берись, говорю!

— Я сам поползу, — слабо отозвался из чана Сэрвару-ямм.

— Сиди тихо! — совершенно по-драконьи зашипела на него Криза. — Даже короткокрылые новички в страже не выпустят заключенного из тюрьмы Водного! Даже с чешуйкой Владычицы!

— Мы сказали, что за мороженым идем! Водный его Владычице обещал! — радостно квакнула царевна.

— Великий Водный! — оборвала ее Криза. — Да, надо ж замаскировать! — Она наклонила чан с мороженым, и подтаявшая белая масса шлепнулась на Сэрвару-ямм. Из чана раздался сдавленный вопль. — Тихо, сказала! Рога спрячь! Скорее, пока нас никто тут… — начала она и вдруг замерла с крышкой в руках. — Поздно, идут!

— Кто идет? — царевна-лягушка изумилась так искренне, будто была в собственной спальне.

— Кто может тут ходить, кроме Великого Водного? Этот всегда появляется в самый подходящий… для себя… момент! Вряд ли он нам обрадуется, и никакая чешуйка Владычицы… — торопливо бормочущая Криза невольно сделала шаг назад, словно уже отступая от разъяренного Великого…

Оказавшаяся у нее за спиной царевна-лягушка тоже попятилась, зацепилась за чан с выглядывающим из него Сэрвару-ямм, чтоб не упасть, ухватилась за рога змея… Сэрвару-ямм зашипел… Словно из пустоты рядом материализовалась светловолосая ведьма. Толчок… без единого квака царевна-лягушка опрокинулась в чан с рогатым змеем и мороженым. Только ноги взбрыкнули. Танька исчезла.

— Сэрвару-ямм, мы вас потом заберем! — в тот же момент бросила через плечо Криза и не глядя захлопнула крышку, вколотив царевну внутрь. Толкнула чан к другим…

— Кого я вижу! — протянул ленивый голос. — Снова эта получеловечка?

Криза замерла, опираясь обеими руками на крышку, торопливо поискала взглядом царевну-лягушку. На лице ее на миг отразилась растерянность, но стоило ей обернуться к вновь прибывшим, и лицо ее и голос стали совершенно спокойны.

— Кого я слышу! — подхватила она. — Татльзвум Ка Рийо! Все в той же компании! Клянусь папой, вы вездесущи, будто не драконы, а духи бестелесные! Как вы мимо стражи просочились?

— Какие-то Мин не осмелились задержать истинного Лун! — пафосно провозгласил Тат.

Елеафам, держащий на весу здоровенный котел, смущенно покосился на Шена.

— У вас что, так и не отняли чешуйку Владычицы? Действительно не отняли? — удивилась Криза.

— Как бы ее отняли, если Владычица о ней не знает? — залихватски выпалил Тат. — Шен ее еще давно у Айта стащил, специально на такой случай! Правда, Шен? У всех Великих кроме собственных, оказывается, еще Матушкины чешуйки хранятся!

Шен поглядел на Тата с выражением кровожадной безнадежности. Это называется: дать бы тебе по башке, да боюсь, она не только снаружи, но и изнутри бронированная — к мозгам не пробиться.

— Даже если и правда, вовсе не обязательно пересказывать мои слова каждой встречной… не в обиду кирие Иппокризии сказано! — Шен коротко поклонился Кризе. — Особенно когда встречаешься в тюрьме.

— Ты осторожный, будто земляной, а не воздушный! Кому получеловечка расскажет? — отмахнулся Тат и самоуверенно добавил: — Не осмелится! Так, кто нам здесь нужен… — он по-хозяйски направился к чанам с пленниками. — О, глядите! Эти четверо тут! — он кивнул на опутанных паутиной наемников. — И как раз еще один пустой чан. — Он открыл крышку на принесенном Кризой чане. — Давайте их тоже заберем, а то эти человеческие наемники меня в лицо знают.

— Не влезут, — буркнул Елеафам.

— Целиком не влезут, а кусками… — начал Тат и обернулся на грохот — Елеафам шмякнул принесенный чан на пол. Тат с изумлением посмотрел на красного от гнева приятеля — вокруг Елеафама мерцали огненные искры. — Ты чего? Думаешь, этих человечков еще как-то использовать можно? — он покачал головой. — Я и раньше не понимал, зачем они нужны. Видел я их огнестрельное оружие в деле. Разве в нем огонь? Огонь в огненных драконах! — он горделиво выпрямился.

— Если не понимал, зачем нанимал? — голос Шена как всегда был холоден, точно стылый осенний сквозняк.