Сердце учащенно билось, кровь вскипала и кожа под платьем становилась чувствительнее с каждой секундой молчаливого разговора глазами.

Будто найдя какой-то ответ для себя, или приняв решение Марат с яростью набросился на мои губы.

Застонав я исступленно обняла его за шею и потянулась навстречу, шуба упала на пол, следом за ней сумочка и время будто остановилось, или наоборот отбросило нас назад почти на десятилетие.

Лифт остановился и Марат также молча поднял мою одежду и сумку, потянул вперёд, щёлкнувший замок закрывшейся двери снял все оставшиеся преграды и мы не сговариваясь набросились друг на друга, срывая мешавшую одежду.

Какие мыли были в тот момент в моей голове? О чём я думала?

Ни о чем, ни каких мыслей.

Лишь ощущения и прикосновения.

Любое его касание чувствовалось так остро, что я еле сдерживала себя от постоянных стонов и вскриков , за эти годы я привыкла сдерживать себя, и тут словно что-то почувствовав Залмаев прошептал:

– Не держи себя, отпусти, хочу увидеть настоящую Сашу.

И я отпустила.

В себя пришла даже не знаю сколько времени спустя, горло саднило от криков , тело пело от полученного удовольствия, ноги дрожали и голова кружилась от полученного кайфа. Кругом валялась наша одежда, смятые простыни и разбросанные подушки, как мы добрались до постели, и как попали на второй этаж я не помнила.

Лёжа на его груди, покрытой темными волосками, я задумчиво гладила уже почти заживший розовеющий шрам на его плече, бездумно, бесцельно, как никогда. Просто дыша , просто живя, не думая к чему приведет случившееся и что может изменить. Не сегодня.

Марат нежно перебирал мои волосы, а потом я просто уснула, вырубилась, бешенный оргазм со схлынувшим напряжением выстегнул меня начисто.

***

Проснувшись утром уткнувшись носом все тот же шрам и закинув на него ногу, ещё до того как открыла глаза, я ясно осознала, что это мой человек-жестокий, упрямый, сильный и такой родной. Моя половина, как я читала когда -то давно в одной из принесенных им же книжке легенду , про красную нить связывающую двух предназначенных друг другу людей, которая тянет их друг к другу и не отпускает.

Только вот ему я этого не скажу, это моя тайна.

А он?

Мною, судя по его поведению, он делится ни с кем не намерен, даже представить страшно куда он готов зайти в этом своём стремлении, а ведь кроме Ксюши есть теперь ещё Ромка, и если я терпела её, то он точно не станет терпеть моего мужа.

Неразрешимое уравнение с обширным перечнем неизвестных.

Марат словно почувствовав, что я уже не сплю зашевелился. В едва начинающихся сумерках еще не до конца проснувшись, он выглядел таким расслабленным и домашним.

– Это ты?
– прошептал он еле слышно, обнимая меня ещё крепче и скользя рукой по спине и чуть ниже. Лениво, уверенно и так чувственно.

– Нет, не я, это мой призрак.

– Не шути так. Я чуть с ума не сошёл в прошлый раз думая, что больше никогда тебя не увижу, ты даже не представляешь, что я чувствовал, когда гроб с “твоим телом” опускали в могилу.

Я промолчала, только уткнулась в его шею ещё сильнее зарываясь одной рукой в его густые черные волосы, вдыхая его запах. Никогда не думала, что буду скучать по его запаху. Неторопливые утренние ласки мгновенно сменились жаркими и яростными объятиями, многолетний голод делал нас ещё раскрепощеннее и безумнее. Губы опухли от нетерпеливых поцелуев, будто мы стремились выпить друг друга, на перегонки, кто быстрее, сильнее, глубже. Ни одна клеточка моего тела не ускользнула от его губ, и его от моих. Как такое возможно? Начисто упали все барьеры и растворились все сомнения. Казалось что это длилось бесконечно.

Двигаясь во мне глубоко и резко Марат неотрывно смотрел в мои глаза, что то невнятно шепча на чеченском. Это сносило мне крышу, неожиданно для нас обоих громко кончила, сжимая мужчину изнутри так сильно, что он, не выдержав, присоединился ко мне, сжимая меня ещё сильнее своими крепкими руками. Несколько минут мы обессиленные лежали и только громкое дыхание нарушало утреннюю тишину.

Тишину, такую размеренную и чуточку терпкую от запаха страсти, пота и секса, нарушил телефонный звонок. Томно потянувшись я взяла телефонную трубку с тумбочки, мимоходом поправив грозившиеся вот-вот упасть прямо на пол любимые наручные часы, кстати подаренные мне мужем на первую годовщину свадьбы. Мельком отметила, что время уже далеко не утреннее, время с ним как и раньше бежало сумасшедшими темпами, будто перенося нас в параллельную реальность.

Звонил Болец, я срочно была нужна ему на работе, что-то там без меня “горело”, и судя по его воплям доносившимся из телефона, уже один пепел практически остался, и без меня всё развеет ветром и “всё пропало”, как голосил Яша.

Я всегда была чересчур ответственной и именно за это меня ценили, я пахала как вол, добиваясь своих целей и вершин, шла по головам, и всегда отвечала за свои действия. Именно поэтому я не смогла послать его, а пообещала появится через час-полтора.

Марат молча следил за мной, не сводя пристального взгляда, как под микроскопом, и изучающее, и одновременно любуясь.

Я же как кошка нежилась и грелась в его внимании, наслаждаясь черными глазами , в которых наконец-то не было угрозы и настороженности.

– Я в душ, и мне нужно уехать.

– Хорошо,- кивнул Марат, - я пока сварю кофе .

Скользнув с разгромленной за ночь постели я скрылась за дверью ванной.

Быстро приведя себя в идеальный порядок, хотя после бурной ночи и не менее захватывающего утра губы горели и кожу в некоторых местах ощутимо саднило, я прошла в гардеробную, особенно тщательно выбирая наряд, под стать своему взбудораженному состоянию. Всё как всегда подчеркнуто чувственно и женственно, с малой толикой кокетства, впрочем всё это я делала практически на автомате, вбитые в мою голову старушкой правила выполнялись как нечто само собой разумеющееся. Единственное на чем я споткнулась, так это на выборе белья, и всё потому, что в голове ярко вспыхнули воспоминания как вчера меня раздевал Марат, уделяя особое внимание этому самому белью.