— Я попросил аналитиков собрать кое-какие данные, которые мы обсудим чуть позже, когда придут члены семьи Авалон. А сейчас, прошу меня извинить. — продекламировал Сенлуин — Алевтина, пойдём.

Никто из собравшихся никак не отреагировал на это заявление. Алевтина с минуту задумалась над чем-то, потом пошла за парнем.

— Аля, прости, что так получилось — сказал он, беря ее за руку.

— Я понимаю. Ты разрываешься между долгом и сердцем… — спокойно ответила девушка.

— Да. Ты права. Я не хочу повторения истории с Настей. Поэтому я прячу свои истинные чувства под маской бесчувственного легионера — опустив глаза, сказал он.

— А что за…

— Проклятье? — бросил Сенлуин — Я уже давно забыл его формулировку. Знаю лишь то, что каждые тридцать шесть лет я буду умирать.

— Но оно действовало пока жили потомки той ведьмы. Так что проклятия Феникса больше нет — продолжил он.

— Значит, все хорошо. И ты можешь любить не боясь, что через некоторое время тебе придётся расстаться с любимой. Она прижалась к нему.

— Да. Можно — мечтательно сказал он, кладя руку ей на талию.

Они дошли до его каюты, поцеловались. Сенлуин открыл ей дверь и развернувшись на каблуках, пошёл исполнять свой долг перед орденом.

***

— Что касается населения, то по предварительным данным погибло около двух процентов. Это по России. Число погибших по миру нам пока достоверно не известно — отчитался старший аналитик.

— А какие предварительные числа называют страны? Службы спасения — спросил Гуино.

— Порядка двух может трёх сотен — спокойно ответил аналитик.

— Сотни. И это пока — подала голос Кэнзи.

— Сотни. Не сотни тысяч. Можно сказать, что мы справились — ответил Маркус.

— Ты в любой ситуации оптимистичен? — спросила Олоха.

— Да. Абсолютно в любой. — ответил Маркус.

— Понятно. Что с ковчегами? — спросил Туи.

— По миру? — спросил аналитик.

— Да. По миру — ответил Арчер.

— По миру. Общее число повреждений достигает около тридцати пяти процентов.

— Много — отозвался Линдрон.

— В основном повреждены ковчеги типа «В». Находившееся в близости от водоёмов — продолжил аналитик и заметив волнение на лицах Туи и Арчера добавил: Тридцать седьмой Ковчег практически не пострадал. По лицу Арчера было видно, как ушло напряжение с его лица.

— Что будем делать с гражданскими? — спросил Туи.

— Сегодня пусть ещё поживут. А завтра с утра отправим их на все четыре стороны — предложил Сенлуин.

— Хороший вариант. Но для начала нужно связаться с МЧС и договориться с ними, чтобы они предоставили нам автобусы — ответила Кэнзи и посмотрела на стоявшего аналитика.

— Будет сделано, мэм, — ответил парень.

— Согласен. Но остаётся вопрос с гражданскими аналитиками. Что с ними делать? — согласился Ганс.

— Отпустить. Если места их работы и жилья не разрушены — ответила Олоха.

— Кстати, насколько сильно пострадали здания? — обратился Гуино к аналитику.

— В разных городах по-разному. В маленьких больше. В больших поменьше.

— Спасибо за информацию. Можешь идти — сказал Туи.

— Сколько предлагаете сидеть по ковчегам? — спросил Ганс.

— Я бы предложил месяц, но шпионы скажут точнее — ответил Сенлуин. Все посмотрели на Гуино с Линдроном

— С тем количеством припасов, которые у нас имеются мы можем жить тут три месяца — отозвался Маркус.

— Да. С этим не поспоришь. Но думаю, что уже дней через десять станет более — менее безопасно для нас. — рассудительно сказал Гуино. — К тому же госслужащим потребуется поддержка…

— В плане поддержания порядка — закончил Линдрон.

— Как скажете — ответил Маркус.

— И да. Пока никто не ушёл. С завтрашнего дня возобновляем тренировки — сказал Сенлуин.

— Хорошо — ответил Гуино.

— Теперь расходимся — сказала Кэнзи.

Все встали со своих мест и разошлись кто куда.

Три дня из десяти.

Итак, легионерам предстояло провести в Ковчеге десять дней. По договоренности с госслужбами всех гражданских вывезли из убежищ, но не всех, Алевтина осталась.

Но Сенлуин не видел, как две сотни гражданских выводили из Ковчега и сажали в автобусы, он стоял на балконе на третьем этаже и наблюдал за происходящим на тренировочной площадке. Алевтина стояла рядом.

Внизу, на тренировочной площадке, кроме пятнадцати учеников, были Мэриан и Гуино. Все были в полном вооружении. У всех к поясам были прикреплены кобуры с пистолетами, дополнительные обоймы, а у некоторых и ножи с короткими мечами. Гуино как ни странно был без доспехов. На нем был чёрный мундир с накинутым на спину плащом. Мэриан для тренировок на улице накинула кожанку на толстовку и джинсы с сапогами без каблуков. Мэриан тренировала стрелков, Гуино — остальных. Чаще всего до ушей Сенлуина долетала одна фамилия «Гуддини». И именно Гуддини, а никак иначе, ведь обычно легионеров зовут данными им именами, а не настоящими (их даже иногда забывали, оставляя фамилии).