— Так вот что это такое. А я уже на шизофрению грешила, — горько усмехнулась я. — Бывает, и все чаще в последнее время.

— Вот видишь. Подчинись и сейчас.

— Да не хочу я подчиняться!

— Это потому что ты бурая, вы все такие, дерзкие и непокорные. Но прошу тебя, вспомни, что ты еще и женщина.

— Это плохой довесок к такой крови, — фыркнула я. — А если я сама брошу вызов за свою, скажем так, свободу? Допустим, если я смогу победить Прая, то этот ваш Эфир запретит ставить метку и отменит предыдущий результат?

Шаманка недоуменно вскинула брови:

— Не знаю, такого еще не бывало…

— Но ведь это может сработать?

— Да, полагаю. Но… разве ты победишь? В ритуальном поединке невозможно поддаться.

— Я знаю один способ обмануть Эфир, — я прикусила губу, пытаясь рассчитать, сколько же сигарет понадобится, чтобы свалить медведя. Но тут меня дернула одна мысль, крутившаяся на задворках и подспудно свербевшая на краю сознания, — Стоп, а это работает в обе стороны? То есть, если Ворх…

— Да, разумеется, — кивнула Рая. — Так что молись праматери, чтобы твой волк и вправду оказался сильнее.

— Прости, не могу, — я снова уткнулась в колени. — Теперь я буду молиться об обратном…

— Как? — медведица едва не подскочила на месте. — Я думала, что вы друг к другу неравнодушны.

— Ты права, неравнодушны. Это такая непреодолимая неприязнь, что ты даже представить себе не можешь… Уж не знаю, о чем он думал, но я не могу обречь нас обоих на такие муки, как брак. Так что буду надеяться на зелье.

Я поднялась и решительно направилась в соседнюю комнату, чтобы рассказать Ворху свой план действий. Главное теперь раздобыть как можно больше сигарет.

— Слушай, у меня тут идея наклюнулась, — я постучала в дверь и приоткрыла ее, — но мне нужна твоя…

На кровати лежал волк. И ладно бы просто волк, но это был Волчонок. Мой Волчонок!

— Это… Это как же…

Я попятилась. Волк тяжело вздохнул и отвернулся к стене.

— Эй, и как это понимать?! — я, наконец, обрела дар речи. — Ничего не хочешь мне объяснить?!

Ворх перекинулся и растянулся на кровати уже человеком:

— Нет, ничего. Уходи.

— Какого… Почему?! Как это вообще возможно?! Я видела твою боевую форму, она ведь абсолютно черная! И аура…

— Я ведь говорил, что между видом форм мало связи, — вервольф закрыл глаза рукой и снова отвернулся. — Для регенерации нужно пройти полный цикл трансформации.

— За что? Просто объясни мне, за что? — я подошла и села на край кровати. — Я ничего больше не прошу, только скажи, откуда в тебе столько жестокости и ненависти ко мне? Как ты мог, как вообще только рука поднялась так наплевать мне в душу? Ладно, один раз смолчал, но мог ведь просто больше не приходить. За что? Объясни, тебе просто так нравится надо мной издеваться?

— Уходи. Я уже семь часов не курил.

— Да чтоб тебя! Я уже привыкла, что ты делаешь мне больно, но не настолько же! Я ведь его любила! Доверяла! — я повернулась и схватила магистра за грудки. Из заледеневшей глубины души снова поднялись злость и отчаяние, — Кури и вали отсюда! Я останусь!

Ворх молчал, и даже руки от глаз не отнял, но сжал кулаки, явно сдерживая себя.

Я оставила в покое его майку и пошарила рукой по своему загривку, ища Вередан. Рукоять услужливо легла в ладонь, позволяя вытащить меч. Я бросила его рядом с магистром:

— Забирай и уходи, я остаюсь. Тут мне хотя бы не врут.

Я вышла и хлопнула дверью, так как мужчина даже не пошевелился, и напугала Ашу, все такой же безмолвной тенью замершую с еще одним подносом напротив двери.

— Ну зачем ты так? — шепнул мне в спину Вередан.

— Я же достала тебя, — я остановилась и пощупала спину, на которой снова была рукоять.

— А я вернулся, — раздался смешок со спины. — Я теперь часть тебя. Я могу перейти к кому-то только в случае, когда ты захочешь отдать, другой маг захочет принять, а я захочу перейти.

— Ну так уходи с ним!

— Не хочу.

Я прислонилась к стене и глубоко вздохнула, стараясь успокоиться.

— Так ты останешься? — тихо спросила Рая из-за открытой двери.

— Да. Прости. Я уйду, как только смогу, — я вошла в комнату и прикрыла дверь. — Я очень постараюсь не навредить Праю. Я брошу ему вызов уже сегодня.

Медведица опустила глаза:

— Спасибо, но… я не уверена, что это сработает.

— Мы попытаемся.

Она ушла, оставив меня одну со своими проблемами. Я легла, обняв подушку за неимением Плюшки, и утерла слезы.