Кроме того, Сигизмунд обогатил свою память известием о том, что обсаженная пальмами Эспланада де Эспанья доходит до парка Эль Каналехас.

Ну, что еще сказать? Церковь Сан-Николас (17 век). Церковь Санта-Мария (15 век).

Замок Санта-Барбара. Воздвигнут на 200-метровом скальном основнии. Намного старше города.

Археологический музей. С карфагенскими артефактами. И портянками Гамилькара Барки.

Город известен по сорту вина “Аликанте”. Может, лучше винишком торговать? Да нет, здесь наверняка все схвачено.

Ну вот, Сигизмунд Борисович, узнайте, что сумки, ремни и пр. производит фирма ARTESA. Из кожи, разумеется. С нею, вероятно, яростно конкурирует фирма CASTELL: искуственная кожа — изготовление ремней, поясов и пр., а также заготовки для ремней, поясов и пр. SOMOS FABRICANTES незатейливо предлагает кожгалантерейный ассортимент. Впрочем, SOMOS, кажется, — это семейство. Семейство фабрикантов. Тогда “предлага-ют”.

Вика монотонно переводила. Сигизмунд слушал и тупел.

Фирма TOSMA настырно лезла в мозги с оборудованием для обработки кожи. Аналогично — господин PREZIOSI: оборудование, кожи, пр. Частник, стало быть. Аликантийский Морж. Интересно, какой у него оборот?

Когда Вика добралась до D'Pell S.L.: ремонт изделий, раскрой, искуственное старение, Сигизмунд взмолился о пощаде. Довольно с него похождений на эспланаде дель — как ее.

— Все, Вика, хватит.

Но Вика неумолимо дочитала до конца. Сурово осведомилась, почему Сигизмунд не записывает.

— Ненавижу что-либо делать впустую, — заявила она.

— Ой, Морж, как здорово, хочу-хочу! — заговорила зачарованно слушавшая Аська. — Отвези нас в Испанию! Косточки погреть, ананасом рыгнуть!

— Косточки? — переспросила Вика, водя пальцем по желтым страницам. — Сейчас… Сейчас… А, вот. Нужен тебе, Анастасия, господин Санчес. Х. “Остеология”. И телефончик есть для предварительной записи.

— А код у них какой? — спросила Аська.

— Не вздумай отсюда звонить, — забеспокоился вдруг Сигизмунд. — Разоришь меня. Или себя. Да ты и испанского-то не знаешь.

— Я теперь по-вандальски шпарю хоть куда. Йа-а!

Вика отложила наконец злополучный справочник в сторону.

— Кстати, Морж, насчет работы. Я не шутила. Сыщи мне работу.

— Так что ты в свой Рейкьявик-то не поехала? Я вчера спрашивал, а ты пьяная была.

— Избавиться от нас захотел? — встряла Аська.

Вика помолчала, потом проговорила задумчиво:

— Видела я в одном журнале рекламу мягкой мебели. Полуголая девица задирает ноги на кожаный диван. Это когда я еще в университете училась. За такую рекламу девице платят две тысячи долларов. Призавидовали мы, конечно, а наш научный руководитель вдруг сказал: мол, многие из вас и за пять не согласятся в полуголом виде по мебелям валяться…

— Это ты к чему? — ошеломленно спросил Сигизмунд.

— Да так… — ответила Вика неопределенно. — Просто. Есть вещи поважнее денег.

— Любовь, например, — снова всунулась Аська. — Любовь за деньги фиг купишь. Или вот ум. Талант — тоже.

— Информация, — сказала Вика. — Новая. Принципиально новый лингвистический информационный пласт. Ты, Морж, просто, видать, умишком своим куцым не въезжаешь…

— Где уж нам, мы простые кооперативщики, кофточки шьем и на рынке продаем… — обиделся Сигизмунд.

Вика на его обиду никак не отреагировала. Глядела холодно, как на чужого.

— Ты что, вообще ничего не понимаешь? Или придуриваешься? У тебя в гараже стоит машина времени. Ну да и хрен с ней. В квартире у тебя болтаются носители — ЖИВЫЕ НОСИТЕЛИ! — двух языков. Понимаешь? Вандальский — мертвый язык. Ни одного текста. Пара надгробных надписей, только имена — и те сомнительные. Отто Шмидт в “Die vandalische Sprache” такую ахинею несет! А тут… Это же по науке такой грохот пойдет! А ихний скалкс, между прочим, сдается мне, вообще фракиец. Ты про фракийцев что-нибудь слышал?

— Восстание Спартака, — глупо сказал Сигизмунд. — Кино было, с этим…

— С Кирком Дугласом.

— Это который с ямкой на подбородке, — вспомнила Аська. — И одноглазый. Только не в “Спартаке”, а в “Викингах”.

— Вы меня вконец достали, — разозлилась Вика. — Как идиоты. Вы что, не врубаетесь? ЦЕЛАЯ ГРУППА ЯЗЫКОВ! И вообще ни один не дошел! Про этрусков слышали? Их надписи так и не прочли. Гадают — не фракийский ли язык. А тут — такая перспектива!

— Погоди, погоди… — Сигизмунд медленно начал соображать, к чему клонит Виктория. — Ты что, сейчас сюда целую ораву ученых нагонишь? Нас тут всех задрочат до смерти!