Шрифт:
— Пиво. — буркает тот, и заметив как вытягивается мое лицо, начинает очаровательно улыбаться: — Я шучу я, Рора. Можно молочный коктейль.
Называю бармену заказ и быстро семеню в туалет: все-таки у меня мочевой пузырь размером с монету. Захожу за угол и не успеваю дойти до двери каких-то пару шагов, когда чье-то тело прижимается ко мне сзади и заталкивает в кабинку. Запах знакомой пряной туалетной воды проникает в ноздри, не позволяя усомниться — я стала жертвой туалетного маньяка.
— Я если что только пописать отлучилась… — начинаю оправдываться, когда две тяжеленные ручищи, сжав мою талию, разворачивают к себе.
— Ты какого хрена всяким обсосам в пидорских кедах свой телефон раздаешь, Котенок? — хрипло спрашивает Хейден, а его наглые пальцы в этот момент собирают подол моего платья гармошкой, обнажая зад.
— А какого черта ты работу своего дантиста всяким курицам светишь? — рявкаю я. Ну а чего? Ему можно, а мне нет?
— Ревнуешь, Котенок?
— Еще чего. — фыркаю я, изо всех стараясь не замурлыкать от того, что его мозолистые ладони возбуждающе гладят мой зад.
— Не смей, на хрен, раздавать свой телефон другим. — угрожает Хейден, приближая ко мне лицо. — И улыбаться им не смей. Это, блядь, меня из себя выводит.
Мой остроумный ответ заглушается его ртом и жадными касаниями рук, сжимающих бедра. Если бы мое белье было водорастворимым, трусов бы на мне уже давно не было. Вот как ему удается одним поцелуем и парой касаний превратить меня в изнывающую от похоти кошку. Ох, черт, черт. Я хочу его. Готова забыть о брезгливости и стать туалетной нимфой.
— Блядь, Котенок, — Хейден зубами оттягивает мою губу и звонко лупит ладонью по моей заднице. Больновато, конечно, но мне почему-то нравится. Ах, ну да, мы ведь все еще в Европе.
— Повернись, — хрипло командует, разрывая поцелуй. — Я сделаю все быстро. Я уже сутки этот кирпич в трусах по твое вине таскаю, а еще это твое платье…
Божечки, как же я хочу чтобы он грязно поимел меня около зеркала. Хочу свою туалетную симфонию, хочу, хочу, чтобы он назвал меня стервой — Котенком.
Но вместо этого, я одергиваю платье и, отступив в сторону, произношу так строго, насколько мне позволяет сбившееся дыхание:
— Извините, мистер Джонс, но я на работе, и мне нужно идти. Снаружи меня ждет ваш сын.
Вот вам Чудо-женщина и Капитан Марвел в одном лице.
Несколько секунд Хейден смотрит на меня непонимающе, в потом его небритая челюсть разъезжается в улыбке.
— Ты откладываешь свою участь всего на пару часов, Котенок.
— Участь? — непонимающе хлопаю глазами.
Хейден быстро притягивает меня к себе и, обняв мою талию, быстро касается губами носа:
— Участь быть трахнутой мной. Давай, писай, или чего ты здесь собиралась сделать, а после я познакомлю вас с Майклом со своими друзьями из AG Team.
Он выходит из туалета, а я поворачиваюсь к зеркалу и, не в силах побороть улыбку, прижимаю ладони к раскрасневшимся щекам. Может все-таки не так уж и плох этот чикенбургер.
20
Аврора
Бастия, Франция
— Ты не переживаешь, что Майкл может проснуться? — щурюсь на лежащую подо мной голую звезду, который в данный момент похотливо разглядывает мою грудь, водя рукой напряженному звездному прибору.
— Я поставил камеру в номере. — отвечает Хейден и, положив руку мне на бедро, настойчиво сжимает: — Залезай на член, Котенок. Шоу твоих скачущих сисек стоит того, чтобы позволить себя трахнуть.
Ох, уж этот грязный звездный рот и грязная я, которую он так сильно заводит. Упираюсь ладонями в татуированную грудь и под радостные писки влюбленной поэтессы осторожно опускаюсь на звездный жезл, пока тот не заполняет меня до отказа. Шумно сцедив воздух сквозь сжатые зубы, Хейден приподнимается на локтях, и жадно впивается в мой сосок губами. Честно говоря, его одержимость грудью начинает наводить на мысль о продолжительном грудном вскармливании. Да он же ни дня без сисек не может.
Доведя меня до исступления своим коварным языком и движениями его внушительным сообщником снизу, Хейден кладет руки мне на бедра и, придерживая зад, изучающе смотрит на меня.
— Ты трахалась с ним, Котенок?
Я вскрикиваю, потому что в этот момент он резко опускает мою задницу вниз, одновременно толкаясь вверх бедрами, словно хочет познакомить свой член с моим желудком. О чем он говорит вообще? С кем трахалась? Я тут пытаюсь не стонать слишком громко, чтобы весь персонал гостиницы не сбежался в мой номер.
Звезда повторяет манипуляцию, заставляя меня жмуриться и всхлипывать, и снова требует:
— Отвечай, Котенок. Сколько раз тебя трахал черепаха Пежо?