"Кокетничает мистер Джон Кеннеди, - улыбнулся про себя Джерри.
– Да что толку со мной кокетничать? Этим нужно заниматься со своими биографами. По крайней мере, хоть историю обмануть попытаться можно".

– Что же касается моих мало разумных соплеменников, продолжал так же сухо Кеннеди, - то им следовало бы быть несколько более понятливыми. Мы не можем сейчас рисковать судьбами Америки из-за одного этого паршивого островка.

– Не кажется ли тебе, Джон, что бациллы с этого острова неудержимо движутся в Центральную и Южную Америку?

– Вопрос по существу, - быстро повернулся к Джерри Кеннеди.
– В качестве ответа у меня такой же вопрос по существу: "Неужели у Америки не хватит мозгов, людей, и оружия, чтобы перекрыть все пути этим бациллам?"

– Всего этого, пожалуй, у Америки хватит, - кивнул Джерри.
– ты забыл, впрочем, еще один компонент успеха.

– Что же это?
– живо спросил Кеннеди.

– Решимость действовать, - твердо проговорил Джерри. Не обсуждать в многочисленных комиссиях и комитетах, подкомиссиях и подкомитетах; не планировать на низших, средних и высоких уровнях всевозможных учреждений и ведомств, штабов и групп штабов. А действовать. Может быть, иногда и с ошибками. Но - действовать.

– Предположим, - задумчиво проговорил Кеннеди.
– Предположим. Какое бы действие предпринял ты, Джерри, будь ты на месте президента?

– Всестороннее и массированное вторжение, - не медля ни секунды, ответил Джерри. Джон Кеннеди добродушно рассмеялся:

– То есть, - спросил он, все еще улыбаясь, - предстать перед всем миром этаким громилой с ножом в одной руке и пистолетом в другой - так, выходит, следует поступить, по-твоему. Пойти на прямую конфронтацию с русскими, что само по себе может завести нас всех в тупик небытия?

– Но это, по-моему, тот случай, когда все средства хороши!
– громче обычного заметил Джерри. Кеннеди опустился в одно из просторных соломенных кресел, стоявших под одиноким тентом, знаком указал Джерри на кресло рядом. "Не может, не хочет и никогда по своей воле не отречется от главной заповеди - вседозволенности", - думал Кеннеди. Слуга, высокий щеголеватый негр, принес на длиннейшем проводе телефонный аппарат - Джона вызывал брат из Небраски, где он проводил каникулы с друзьями.

– Джерри, ты когда-нибудь занимался историей?
– испытующе глядя на Парсела, спросил Кеннеди, закончив разговор с братом. Но тут же, увидев недоброе выражение глаз собеседника и что-то вспомнив, добродушно воскликнул: - Прости, ну как же - ведь ты прослушал полный курс всеобщей истории в университете Святого Лойолы в Чикаго! Тем не менее, не сочти это за экзамен, и ответь на один вопрос. Просто я себя хочу проверить. Так вот этот вопрос: "Почему кончались неудачей все или почти все революции прошлого?" Последняя русская пока не в счет. Пока.

– Причин много и они всегда бывали различными. Однако...
– Джерри сказал это быстро, но, словно запнувшись, замолчал, задумался.

– Вот именно - однако!
– подхватил Кеннеди.
– И это "однако" есть не что иное, как физическое устранение вождей!

"Это верно, - думал Джерри, глядя на Кеннеди.
– Верно для всех времен и народов, начиная с восстания Спартака и до наших дней. Еще не известно, как бы все повернулось в России, если бы в восемнадцатом году Каплан стреляла чуть точнее. Вполне вероятно, что мы не обсуждали бы с Джоном то, что мы вынуждены обсуждать сегодня. И всего-то каких-то один-два выстрела..."

– ".. В соответствии с моим настоятельным предложением Центральное Разведывательное Управление заканчивает разработку нескольких вариантов физического устранения Фиделя Кастро, - устало произнес Кеннеди.

"Молодец, мальчик, - одобрительно размышлял Джерри. Только такие вещи надо делать сугубо тайно. Даже имея дело с ЦРУ. Ох, какое огромное множество свершений в истории так и остается тайным, не становясь, слава Богу, явным. О многом приходится думать, делая историю. И о том, чтобы руки выглядели чистыми. Право, кому охота мараться..."

– Да, в случае успеха все "лавры" - исполнителям, словно читая мысли Джерри, слабо улыбается Кеннеди.
– Исполнители - наши друзья, кубинские иммигранты. Народ разный, но отчаянный...

"Отчаянный, - усмехается Джерри.
– Более точное для них определение отпетый. Впрочем, такие людишки всегда кстати. И иностранцы, и свои собственные. Чем, например, плох мой Бубновый Король из Гарлема? И деньги делает и дела... А иностранцы?"

Джерри разыскал глазами Джекки с детьми и Рейчел. Только что искупавшись, они растирались мохнатыми полотенцами, чему-то смеялись, о чем-то говорили под другим тентом ярдах в трехстах от того места,где находились Джерри и Джон. Вот к женщинам подошел Ричард Маркетти, присел на корточки перед Рейчел. Она толкнула его рукой, засмеялась. Он легко повалился на спину, смешно задрыгал ногами. тотчас же подскочили маленькие Кэролайн и Джон-младший, упали на него. началась забавная возня.