Эля осторожно освободилась из уютных согревающих объятий, встала и отошла к окну. Стас неслышно поднялся и приблизился к ней сзади. Она некоторое время помолчала, глядя в окно, а затем, все также не оборачиваясь, сказала:

— Не говори так. Ты не всесильный. Есть вещи, которые никому не под силу: вернуть Анюту уже нельзя. Этот факт навсегда останется между нами.

Стас издал что-то наподобие рыка и, резко развернувшись, отошел в другой конец комнаты. Он взъерошил свои волосы, а затем устало провел рукой по лицу.

— Я устал от этого всего, — голос выдавал его злость. — Ты снова все решаешь за двоих. Ты не желаешь отпускать прошлое, живешь болью. Эля, думаешь, мне не больно от всего того, что с нами произошло? — Стас уже срывался на крик. — Думаешь, мне легко все это забыть? Но между нами все еще остались чувства, я это знаю. И твое сегодняшнее сообщение по радио это только подтверждает. Зачем ты закрываешься? Я хочу, чтобы мы были вместе. Я тебя люблю. Давай попробуем начать все с начала…

Он умоляюще смотрел на Элю. А она стояла у окна и, закрыв руками лицо, плакала.

Стас ждал. Но так и не услышал ответа.

— В отношениях важно доверять друг другу. Но боюсь, что ты этого не хочешь — ты все привыкла делать сама. А я уже устал стучаться в закрытую дверь. Ты снова спряталась, — с грустью произнес он. — Наверное, зря я приехал.

Он развернулся и направился к выходу. И обернувшись на пороге, добавил:

— Дай мне знать, если вдруг передумаешь… Может я еще не устану ждать тебя…

И одевшись, вышел из квартиры, тихо прикрыв за собой дверь.

Эля быстро выбежала в коридор, но поняв, что Стас действительно ушел, прислонилась к стене и заплакала, обняв себя руками. Она медленно сползла вниз по стене и теперь сидела, положив голову на колени, а слезы бессилия и отчаяния текли по ее щекам.

Стас ушел. А она снова повела себя глупо: ну почему она снова оттолкнула его? Ведь она же так мечтала увидеть Стаса, так отчаянно хотела все начать с ним сначала? И что же за глупости теперь лезут в голову? Почему она снова делает шаг назад и замыкается? И самое главное: она же любит Стаса, но так этого и не сказала ему. Рядом с ним Эля вновь почувствовала себя живой. Его объятия дарили тепло, уверенность и защиту. А с его уходом в ее душе снова наступил холод и мрак. Душа рвалась к нему.

Внезапно вспомнился сегодняшняя встреча с Дедом Морозом и в голове прозвучали его слова:

"Больше запоминаются счастливые моменты, а несчастливые со временем меркнут и забываются или кажутся мелочными. Так зачем же тратить время на то, что мелочно или вовсе забудется?"

"А как понять это? Как понять, что тебя любят?"

"А это тебе подскажет сердце, ты только прислушайся к нему повнимательней и сама все поймешь, девочка."

Эля быстро вскочила, схватила свою куртку, обулась в первые попавшиеся ботинки и, быстро закрыв дверь и на ходу утирая слезы, бросилась к лифту. Едва дождавшись, когда она окажется внизу, Эля тут же побежала на улицу и, оглядываясь по сторонам, стала искать Стаса. Она не знала, был ли он пешком или на машине, и на какой машине, но все равно отчаянно бегала по двору и всматривалась в прохожих и проезжающие машины. Слезы застилали ей глаза. Со всех сторон слышались хлопки петард и громкие возгласы прохожих.

Эля снова выбежала на дорогу, уже не надеясь увидеть Стаса — она опоздала. Он ушел. Так ей и надо. Стас был прав — нужно доверять, а она даже не дает ему ни единого шанса.

Почти под ногами взорвалась петарда и Эля, поскользнувшись от неожиданности, упала на землю. Но сил встать у нее уже не было. И она бессильно плакала, даже не пытаясь подняться.

Глава 37.

Стас сел в свою машину, но не смог сразу же уехать. Он завел мотор и положил руки на руль, но вот тронуться с места так и не смог, а просто сидел и думал. Не так он себе представлял их встречу, черт возьми, совсем не так. Стас в сердцах ударил руками по рулю и выехал со двора.

Хотя и он тоже хорош: приехал мириться, а сам снова начал давить на Элю. Но так и не успев далеко отъехать, он остановился. Нет, что он делает. Ведь он приехал к Эле, чтобы вернуть ее. Нельзя было уходить вот так, сложив руки. Ведь Эля тоже все еще любит его — об этом так красноречиво говорило то послание по радио и ее поцелуи. Нет, пока есть еще надежда, нужно бороться.

Стас развернул машину и поехал обратно к ней. На улицу уже вышло много людей, все веселились, запускали петарды, хлопушки — оставались считанные минуты до Нового года. Он оглядывался вокруг в поисках места, где можно было бы оставить машину, как вдруг рядом громко взорвалась петарда. И тут же услышал знакомый возглас. Стас резко остановил машину и выскочил на улицу. На снегу совсем недалеко от него, бессильно плакала Эля, закрыв лицо руками. У Стаса сжалось сердце от этого зрелища — Эля всегда панически боялась петард, а одна из них разорвалась прямо под ее ногами. Он бросился к ней.

— Ты в порядке? — беспокойно спросил Стас. — Не пострадала?

Эля подняла глаза и непонимающе посмотрела на него. Она не сразу заметила его протянутую руку, поэтому с удивлением почувствовала, как Стас осторожно поднял ее.

— Эля, — Стас взволнованно смотрел на нее, ожидая ответа.

Эля почувствовала, что все ее чувства разом нахлынули, сметая все сомнения, словно бурный поток у прорванной плотины — он вернулся. Господи, какое же это счастье, что Стас вернулся! Эля бросилась в его объятия и спрятала лицо у него на груди, прижав озябшие ладошки там, где билось его сердце.