— Ну что еще сегодня случилось?

— Этот Агапов меня совсем не слушает. Я ему втолковываю, как и что ему нужно на процессе говорить, а он, — Эля сделала еще один глоток, — а он несет какую-то отсебятину. И ладно бы хоть по делу, так нет же — сам себе яму роет. Я ему уже устала все втолковывать. А сегодня он мне высказал, что это я его дело провалила — не отработала уплаченный гонорар.

— И что?

— Он хочет деньги назад вернуть.

— Перебьется, — жестко сказал Олег. — Ты ему объяснила, что он заключил договор с компанией, а не тобой лично?

— Ну что я, по-твоему, совсем уж того… Конечно объяснила. Ты понимаешь в чем проблема, он не видит во мне юриста, он меня просто за девочку безмозглую держит.

Эля устало взъерошила свои распущенные волосы, растрепав укладку.

— Да уж… Значит давай так, отправляй его ко мне, Ларисе скажи, чтобы доверенность на меня переделала. Теперь пусть у меня попробует поартачиться. А тебе еще одно дельце…

Эля застонала и в бессилии уронила голову на руки.

— Ну чего еще? — рассмеялся Олег.

— Ты меня убиваешь. Я домой-то когда-нибудь буду вовремя приходить? А у меня, между прочим семья.

Олег строго посмотрел на нее, но Эля еще раз повторила, пригрозив шутливо ему пальцем:

— Семья, понимаешь? Ты еще не забыл, что это такое?

— Да уж, пора нам расширять штат. Вдвоем уже не справляемся. И как я раньше один все вел? — скорее это был вопрос самому себе.

— Раньше ты был просто штатным юристом, а теперь еще и зам. директора.

Олег отошел от Эли и сел на диван для посетителей.

— Если я тебя попрошу найти нам еще одного человека, справишься? — спросил Русецкий у Эли.

— А пожелания есть какие-нибудь?

— Да какие пожелания? — Олег усмехнулся. — Нужна такая же рабочая лошадка, как ты.

— Что? — задохнулась от возмущения Эля, ища глазами, чем бы запустить в начальника.

— Ну-ну, успокойся. Если хочешь, я даже извинюсь.

— Да уж хотелось бы, — буркнула Эля.

— Извини, я же в шутку. — Поймав обиженный взгляд девушки, он добавил уже серьезным тоном. — Ну а если серьезно, то я полагаюсь на тебя. Если у тебя есть на примете кто-то, кто сможет работать с тобой в одном тандеме, будет просто замечательно. Передадим часть твоей работы новому сотруднику.

— Я думаю, у меня есть на примете один человечек… — задумчиво протянула Эля. — Нужно только уточнить…

— Вот и займись этим, — Олег встал и направился к выходу. — Я к Герману Марковичу на совещание.

Эля схватила свой мобильный, откинулась на спинку кресла и набрала нужный номер.

Ноябрь 2006 г.

Я забрала документы из университета и перевелась в другой. Влиться в уже сложившийся коллектив новых сокурсников оказалось трудно. Да мне, собственно это и не нужно было. Оставалось доучиться всего два курса. К тому же мне не хотелось, чтобы кто-то ко мне лез с лишними расспросами. Тем более, что эти вопросы стали читаться у всех в глазах по мере того, как шло время и моя беременность все явнее становилась видна. Но нужно отдать должное ребятам, никто в душу не лез — все просто вежливо со мной здоровались и делили одну скамью.

Однажды перед началом первой пары ко мне подсела девушка.

— Не возражаешь, если я с тобой сяду?

— Нет, конечно же, — я даже немного отодвинулась к краю, чтобы ей было удобнее расположиться.

Девушку звали Анастасия. Она была очень тактична и не стала расспрашивать меня ни о чем.

Так началась моя дружба с Настей Кочуновой.

Настя тоже недавно перевелась в этот университет — из-за домоганий со стороны молодого преподавателя. Его, конечно, уволили, но оставаться в прежнем ВУЗе Настя не смогла из-за перешептываний за спиной и косых взглядов.

Мы старались держаться друг друга. Особенно ее помощь мне понадобилась уже тогда, когда по причине большого срока беременности я стала пропускать некоторые занятия и после рождения ребенка. Когда Анютка немного окрепла и я без опаски смогла оставлять ее с Марией Николаевной, я продолжила учебу, не беря академический отпуск.

Со Светой я не могла поддерживать отношения. Я боялась, что она проболтается обо всем Максу, и тот, как всегда, кинется меня спасать. Я знала, что подруга затаит на меня глубокую обиду — когда-нибудь мы обязательно с ней помиримся, но сейчас я решила, что так будет лучше. Для меня.

Крепким дружеским плечом мне стала Настя. И хотя я свято охраняла свои секреты, она мне нравилась своим оптимизмом и нелюбопытством. Она принимала меня такой, какая я есть.

Она просто однажды спросила у меня, замужем ли я, на что я ответила "Нет" и добавила, что с отцом ребенка мы разошлись с взаимного согласия. Больше этой темы мы не касались, за что я была ей безмерно благодарна.

В свою очередь, я тоже тактично избегала вопросов, касаемых причин ее перевода в наш университет. Я тоже понимала, что эта тема сугубо личная и Настя не хотела бы ее открывать.