— Но Эль, ведь Стас все-таки имеет право все знать. Даже если сейчас Анюты и нет вместе с нами — но она же была ЕГО ребенком, его плотью и кровью… — Настя пыталась образумить подругу. — В конце концов, это будет просто нечестно с твоей стороны лишить его возможности хотя бы просто приходить на ее могилку почтить память.

Настя поверх Элиной головы заметила жестикуляцию матери — та показывала ей, что не нужно сейчас давить на девушку.

— Решай сама, — вздохнула Настя, — но свое мнение я тебе высказала.

Уже когда Мария с Настей покинули палату, то Мария обернулась к дочери:

— Насть, не нужно на Элю сейчас давить. У нее сейчас стрессовое состояние. Она еще не пришла в себя. Пусть немного успокоится, иначе девочка себя окончательно накрутит. Как бы чего-нибудь тогда не сделала с собой.

***

Конечно же Настя была права: я не имею права скрывать от Стаса тот факт, что когда-то у него была дочь. И я понимаю, что рассказать обо всем должна я сама. Будет неправильным, чтобы он узнал об этом от кого-то другого. Но вот только как это сделать? Я так перед ним виновата. Нужно было еще год назад, когда мы неожиданно встретились, не убегать как трусливая курица, а остаться и поговорить. Или же потом, когда выяснилось, что они с Настей брат и сестра, не тянуть время, поддаваясь своим страхам… Господи, возможно ведь все сейчас могло бы быть иначе. Я ведь совершенно не претендую на то, чтобы Стас снова сходился со мной — у него может быть своя жизнь, а я не имею права чего-то требовать от него. Просто возможно у нашей малышки был бы отец. Просто возможно, что и не было бы этой аварии в нашей жизни…

А теперь я просто не знаю, как взглянуть ему в глаза. Я скрыла от него дочь. А теперь еще и навсегда отняла. Он меня никогда в жизни за это не простит. Да такое и не прощается. Я и сама себе этого никогда не смогу простить.

***

На следующий день Настя снова приехала к Эле.

— Ну как дела? — участливо поинтересовалась она у подруги. — Как ты себя чувствуешь?

— Получше. Уже даже почти ничего не болит. Врач сказал, что через неделю, если мне станет еще лучше, я смогу уже домой поехать.

— Это уже хорошо, — кивнула Настя.

В этот момент у Эли зазвонил телефон. Она ответила на звонок.

— Иван Борисович, да здравствуйте… Да узнала. Вы понимаете, так уж случилось, что я попала в больницу… Сейчас уже ничего серьезного, спасибо, но пока еще некоторое время я побуду на больничном. — Эля некоторое время молча слушала, а затем потянулась к своему ежедневнику. Настя закатила глаза: даже в больнице подруга продолжала трудиться, теперь, правда, пытаясь заглушить боль от утраты ребенка. — Ох, я ведь совсем об этом забыла. К сожалению, сейчас я не смогу физически даже выехать туда… Знаете что, — Эля вдруг повернулась к Насте и окинула ее внимательным взглядом, — я попрошу моих коллег помочь в этом деле. Кто-нибудь из них приедет… Да-да, я еще вам перезвоню. Спасибо, постараюсь. И вы тоже не болейте. До свидания.

Эля положила телефон на кровать и повернулась к Насте с вопрошающим взглядом.

— Настюш, мне нужна твоя помощь.

— Да я уж так и поняла, — усмехнулась та. — Ты даже поболеть толком не можешь — все какие-то дела, клиенты названивают.

— Я совсем забыла, что у этого клиента в среду должен быть замер участка для занесения в кадастр. Настюш, я тебя очень прошу — выручай.

— Без проблем, я как раз в среду-четверг невыездная. Ты мне только дай нужные документы для ознакомления и адрес объекта.

— Адрес есть у Олега, мы должны были вместе ехать. Кстати, вот с ним и поедешь…

Настя отрицательно закачала головой:

— Так там еще и Олег задействован. А он сам без меня не может съездить?

— Настюш, там помимо картографов еще и приставы будут — нужно же следить и за теми, и за другими. Поэтому-то Олег и едет. — Потом Эля внимательно всмотрелась в глаза подруги, которые та усиленно старалась спрятать. — Что у вас произошло?

— Ой, ну что у нас с ним может произойти? — как можно небрежнее отмахнулась Настя. — Как обычно, споры, стычки…

— Насть, ты сейчас кого обманывать решила? — строгим тоном произнесла Эля. — Я еще не забыла, в каком состоянии ты с командировки приехала. А сейчас ты выглядишь еще похлеще. Ну-ка, что у вас случилось?

Настя вскочила со своего места, подошла к окну и, не оборачиваясь, выпалила:

— Мы провели вместе ночь. И я сказала ему, что люблю его.

Эля в удивлении уставилась на подругу, не в силах подобрать нужные слова.

— Однако, — только и смогла произнести, наконец, она.

Но Настя продолжила:

— Это случилось после того, как вы попали в аварию. А наутро он просто ушел. Без всяких объяснений.

— Олег? Да быть такого не может, — удивилась Эля. — Мне казалось, что он человек ответственный, прямолинейный…

Эля подошла к подруге и обняла ее за плечи.

— Он тебя отверг, да? — тихо спросила она.

Настя только кивнула. По блестевшим глазам было понятно, что она ужасно это все переживает.

— Прости, я же ничего не знала. — Она стала лихорадочно перебирать в голове мысли, пытаясь придумать, как ей уладить дела по работе и при этом не ранить чувства подруги. — Раз так, то я попрошу кого-нибудь еще… Черт, кого?