Шрифт:
– Так сказали те торговцы, возможно, что они меня просто обманули, в те времена это часто случалось. Но выглядят они странно и, глядя на них, я всегда был уверен, что это подлинные вещи и очень древние. Сейчас они лежат у меня бесполезным грузом.
Жители Белогорья меня удивляли все больше и все чаще. Видеть продавца, который критикует свой товар, честно все рассказывает о его недостатках и при этом говорит на чистом русском языке, было странно и даже страшно. Весь мой жизненный опыт протестовал против возможности такого события.
– Если, уважаемый Пересвет, все это так, то я нашел то, что искал. Нечто необычное и непонятное, и исключительно редкое. Могу я взглянуть на этот товар?
– Пожалуйста.
Лавочник достал из-под прилавка шкатулку и открыл ее. В ней лежала цепь чем-то похожая на ту, что вручил мне Император. Я взял ее в руки и сразу почувствовал что-то знакомое. Вещь подобную этой я уже держал в руках. Она действительно выглядела древней, резьба по камню и металлу значительно истерлась и местами рисунок был почти не виден.
Где же я это видел? Нет, не видел, а держал в руках или не держал, а чувствовал что-то неуловимое. Не помню. Что-то было, но где и когда – забыл. Но покупать однозначно необходимо.
– Вещь действительно старинная и непонятная, ее назначение тайна и для меня. Но это даже лучше, будет о чем поразмыслить в моих долгих путешествиях. Сколько вы хотите за этот артефакт?
– Даже не знаю, продавать неизвестно что трудно, ведь это может даже причинить вам вред.
– Да, но я сознательно иду на этот риск и он не так велик. Ведь у вас она пробыла долгие годы и никакого вреда для вас от нее не было. Прошу вас назовите цену.
– Сто золотых.
– Покупаю. Есть ли у вас еще накопители или что-либо похожее на них, в начале нашего разговора вы что-то упомянули об этом?
– Да, но это уже точно накопители. Шесть штук и все на шестьдесят тысяч единиц.
– И вы согласитесь мне их продать?
– Да, если вы возьмет все сразу, то общая цена всех покупок будет четыреста пятьдесят золотых.
– Договорились, уважаемый Пересвет. Это я уже купил, но хочу еще спросить – есть ли у вас книги или свитки по истории или о магии, об иных землях или даже о других мирах.
– Все книги по магии собраны в Имперской библиотеке и запрещены к выносу из нее. Книг по истории у меня тоже нет. Есть старинное письмо мага гнома, в котором он рассказывает, что его друг пытался пройти в Хаос и через него выйти в другие миры. Но он погиб, некоторые считают что именно тогда началось вторжение Хаоса и вся нынешняя война идет по вине того гнома и вообще всех гномов. Любопытство до добра не доводит.
– Но вы можете продать мне это письмо?
– Да, но зачем вам оно? Это очень краткий текст и я его уже почти полностью пересказал.
– Но это же реликвия. Раритет, свидетельство событий, которые, возможно, изменили весь мир и еще долго будут менять его.
– Вам, Апулей, виднее. Десять золотых. Извините, меня зовет на обед жена, она не любит, когда я задерживаюсь.
– Вполне понятная и уважительная причина. Вот деньги прошу пересчитать.
– Зачем? Я совершенно уверен в вашей честности, Апулей. Все ваши покупки я сложу в эту сумку, это мой подарок, вы очень интересный покупатель. Жаль, что нужно расставаться. Желаю вам доброго пути.
Глава 28
– И вам всего наилучшего, уважаемый Пересвет.
Обойдя почти все лавки города, я решил попробовать местную кухню. В каждой лавке я проводил опрос на тему трактира с наилучшей кухней. Большинство торговцев мне рекомендовали трактир «Веселый обжора». Туда я и отправился.
У входа меня встретил добродушного вида толстяк, вполне бы подошедший к названию заведения. Предполагаемый хозяин ничего не делал, просто стоял на крыльце и подставлял лицо солнцу и легкому ветерку. Всем своим видом он отвечал на вопрос что такое счастье.
Он наслаждался так очевидно, что мне стало даже завидно. Я кручусь, как белка в колесе, у меня огромные возможности и денег больше, чем …. Даже не знаю какое сравнение применить. И вот передо мной человек, которому ничего не нужно. Он же счастлив только от того, что уже имеет. Надо мне у него научиться.
– Уважаемый, мне все в вашем великолепном городе рекомендовали остановиться в этом трактире и попробовать здешнюю кухню. Я – Апулей, путник из очень далекого и никому здесь неизвестного Чернолесья. Я путешествую в одиночестве и ищу все интересное и редкое. Если что-то в этом роде я найду здесь, то буду очень рад.