— Хорошо, я с ней поговорю. — Малыш отвернулся. — Может я действительно немного погорячился.

— Вот и ладно, — Бизон похлопал Малыша по руке, — а мы пойдем. На днях, забежим еще, а ты давай выздоравливай и возвращайся. Тебя если честно, не хватает.

Кил подмигнул Малышу и они вместе с Бизоном, вышли из палаты. Малыш вздохнул и посмотрел вверх. Поговорить со Светой было нужно. Малыш не мог до конца признаться себе в чувствах, которые испытывал по отношению к ней, но в тоже время, ставить сейчас точку в отношениях, ему не хотелось.

— Ты хоть сам понимаешь, что вы натворили? Что вам за это будет? — Сидевший перед ним оперативник, усмехнулся и хлопнул себя по колену. — Ну что же, если не хочешь говорить, то не нужно, можешь молчать.

— О чем говорить? Ты скажи толком, чего тебе нужно? — Шторм поднял взгляд и посмотрел на него.

— Я тебе уже сказал. Меня интересуют все нападения на иностранцев, погромы которые вы устраивали, в частности торговый центр. Помнишь? — Оперативник подошел вплотную к Шторму и заглянул ему в лицо.

— Меня там не было, не знаю. Я в тот день, у девушки был, можете у нее спросить.

Оперативник, размахнулся и ударил Шторма, кулаком в грудь, попав в солнечное сплетение. Шторм ударился о стену, и рухнул на пол. Перед глазами все поплыло, воздуха не хватало и он, судорожно открывая рот, пытался вздохнуть.

— Вставай урод, хорош валяться. — Оперативник подошел ближе и ударил его ногой.

Шторм, цепляясь за стену, встал, тяжело дыша.

— Садись. — Оперативник подвинул ему стул и Шторм сел. — Если ты вдруг не понял, то я повторю. Меня интересует погром торгового центра. Кто участвовал, кто организатор?

— Я же сказал вам, что не знаю ничего. Меня там… — Шторм не успел договорить. Удар ноги, опрокинул его, и он ударился головой о стену. К горлу подступила тошнота.

— Вставай. — Оперативник застыл метрах в двух метрах от него.

Шторм не шевелился и, не смотря на боль, улыбался.

— Ты чему радуешься, а? Тебе мало? — Оперативник подскочил к нему и начал наносить удары по телу и голове. Шторм закрыл голову руками и поэтому, большинство ударов пришлись по телу.

Через две минуты, оперативник, тяжело дыша, прекратил избиение, подошел к двери кабинета и постучал. Дверь распахнулась, и в кабинет вошли еще двое оперативников. Избиение, началось заново. Только теперь били двое, а третий, сидел на стуле и курил.

Шторм уклонялся от ударов, как мог, но, в конце концов, понял, что это только сильнее злит их, да и силы уже были на исходе. Лицо было разбито и капли крови, от ударов летели на стену. Шторм сжался в комок, стараясь закрыть голову.

— Эй, стоп, стоп. Вы его так убьете. А нам еще его показания нужны. — Тот, что курил, встал и подошел ближе. — М-да, по-моему, мы неплохо ему память подлатали.

Он сел рядом со Штормом на корточки, взял за волосы и поднял голову.

— Ну что, будем дальше радоваться или продолжим?

Шторм зашевелил разбитыми губами, но слов разобрать было нельзя.

— Короче, он вообще никакой. — Оперативник, держа Шторма за волосы, ударил головой о пол. — Забирайте эту мразь, упаковывайте, после поговорим с ним.

Один из оперативников, подошел к Шторму и одел ему черный мешок на голову. Затем его подхватили под руки и вытащили из кабинета. Ноги не слушались и поэтому, его буквально тащили по коридорам. Лестница, какой-то узкий проход, еще одна лестница. Они стащили его с третьего этажа в подвал. Шторм услышал, как лязгнула железная дверь и его втащили в какое-то помещение. Дверь за спиной тут же захлопнулась и повисла тишина.

— Открывай. — Сказал один из оперативников.

Зазвенели ключи и один из оперативников, открыл дверь-решетку, небольшой камеры. Шторма завели внутрь и, повернув лицом к входу, поставили на колени. Затем, оперативник вышел и дверь захлопнулась.

— Руки. — Прозвучал тот же голос, на этот раз, обращающийся к Шторму.

Шторм вытянул сквозь решетку руки и на них, тут же защелкнулись наручники.

— Отдыхай пока. До вечера.

— Мешок снимите. — Шторм с трудом шевелил разбитыми губами. Вместе со словами, со рта вылетали кровавые сгустки. — Не видно ни хрена.

— А на что ты собрался смотреть? — Оперативники расхохотались, и Шторм услышал удаляющиеся шаги и звук закрывающейся двери.

Повисла тишина, он остался один, по крайней мере, он так думал. Наручники врезались в руки и Шторм, чтобы хоть немного ослабить давление, попытался встать. Но ноги не слушались его и поэтому, предприняв несколько попыток, он, в конце концов, опустился на колени. Наручники вновь врезались в кожу. Шторм наклонил голову вперед и прикоснулся лбом к решетке. Он почувствовал, что задел лицом, что-то липкое, но вскоре, понял, что это была его собственная кровь, попавшая на мешок изнутри.